Книга Идеальный мир для Химеролога 14, страница 60 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

И это один лесной форт. Таких вокруг Петербурга могли быть десятки, а по Российской Империи счёт, возможно, шёл на сотни или тысячи. Культ раскинулся по провинциям, государственные границы ему вряд ли мешали. Мелкие служки подчинялись боевикам, над теми стояли вот такие белоглазые начальники. Даже этот, похоже, был далёк от верхушки. Скорее присматривал за округой да приехал проверить, как идут дела.

Я откинулся на спинку кресла. В Многомерной Вселенной среди мастеров плоти ходила старая поговорка:

'Королям и императорам ни в коем случае не стоит злить Охотников — те придут и разнесут твоё королевство по кирпичику.

Ну а если разозлишь Лекарей — они сначала заботливо вылечат всех твоих злейших врагов, а потом с тем же упоением примутся врачевать тебя самого, следя лишь за тем, чтобы ты не сдох раньше времени, пока они выламывают тебе сустав за суставом.

Но если ты встанешь поперёк дороги Химерологу… Химеролог — единственный, кому под силу сожрать, переварить и усвоить целое королевство. Да что там жалкое королевство — переварить всю империю от края до края!'

Я усмехнулся. Сидя посреди разграбленного зала в пустом форте, очень хотелось вернуться к старым занятиям. Агнессу украли, работу клиники сорвали, меня вытащили в эту сырую глушь. Теперь я съем их организацию целиком. С базами и лабораториями, с тайными покровителями и верховными жрецами.

Перед круглым столом хлопнул эфир.

Я уловил возмущение сразу: чувства всё ещё охватывали опустевший форт. По воздуху побежала сиреневая рябь. Сработал обратный маяк, кто-то открывал проход прямо в зал собраний. Может, вспомнил о забытом артефакте. Или вернулся за образцами из тайника.

Я поднялся из кресла, на миг забыв об усталости. Кто бы ни открывал проход, сейчас я мог добраться до него.

Из сиреневого портала вывалился человек с деревянным ящиком и потащил его к круглому столу.

Я смотрел на него и сомневался, выдержала ли голова перегрузку каналов. Резерв выжжен, тело на пределе; галлюцинаций для полного счастья как раз недоставало. А гость пыхтел под тяжестью ящика, словно заявился на обычный склад и ничего странного вокруг не видел.

Грязно-красный балахон с прожжённым подолом висел поверх засаленной рубахи. От запястий до локтей руки были обмотаны пеньковой верёвкой, пропитанной бурой дрянью. Жир трупных слизней, которым глушат эфир? Или вытяжка из печени болотных гадов для удержания плетения? Здешние самоучки любили такие «народные» средства. Правильно сплести удерживающий контур ума не хватало, зато вымазаться с головы до ног всегда пожалуйста.

Ящик, скреплённый по углам тёмным железом, грохнул о полированные плиты. Курьер утёр лоб рукавом.

— Скоро вернусь, как следующую партию доставлю. Руки отваливаются эту дрянь таскать…

Он откупорил крышку и повернулся к переходу, а я наконец разглядел сам ящик. На исцарапанном морёном дубе темнел выжженный щит: сокол держал лавровый венок, по краям шла витиеватая вязь. Герб одного из знатнейших домов Российской Империи, поставщиков высшего императорского двора.

Под приоткрытой крышкой поблёскивало тёмное лабораторное стекло: виднелись стабилизированные армейские реактивы высшей очистки и ампулы с концентрированной эфирной плазмой. Рядом стояли питательные растворы для живых тканей. Всё как положено, всё добротное.