Книга Идеальный мир для Химеролога 14, страница 5 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

На записи ушло ещё два листа. Лера поставила дату, размашисто подписалась и отнесла планшет экзаменатору.

Ждать вердикта пришлось около часа. Абитуриенты сидели на ступенях амфитеатра, когда тяжёлые двери распахнулись и в зал вошла комиссия в полном составе — шестеро профессоров во главе с сухопарым старшим инспектором учебного ведомства.

— Мы хотели бы задать несколько вопросов абитуриентке Валерии… — громко объявил старший, глядя поверх очков в исписанные листы.

Лера поднялась со скамьи:

— Я здесь.

Профессора подошли ближе. Экзаменатор, выдававший ей бланки, смотрел с неприкрытым подозрением:

— Скажите на милость, барышня… Вы верно указали базовые симптомы: деформацию ушного канала и смещение желчных протоков. Но зачем вы присочинили от себя ещё двадцать три патологии⁈ Зачем этот дешёвый фарс? Вы рассчитывали поразить нас объёмом макулатуры?

— В смысле — присочинила? — искренне удивилась Лера. — Я написала то, что увидела и нащупала. У него на диафрагме застарелая спайка после кривой операции, под третьим ребром гематома загнивает, а в левом желудочке сердца клапан при каждом третьем ударе западает — он потому и одышкой мается, когда встаёт!

— Этого не может быть! — вспылил экзаменатор. — Данная особь описана тремя ведущими доцентами нашей кафедры! Никаких гематом и пороков сердца у неё нет!

— А ну-ка, постойте, — вдруг подал голос грузный член комиссии с нашивками действительного статского советника. — Давайте проверим.

— Коллега, да стоит ли тратить время на эти бредни…

— В Первой Императорской Академии мы не разбрасываемся фактами, господа, — веско отрезал советник. — Лаборанты! Несите стационарный глубинный сканер. И позовите прозектора Смирнова.

Через десять минут вокруг лохматого пса развернули мерцающую сеть поискового артефакта. Седой прозектор водил светящимся щупом вдоль собачьих рёбер. Цепкие пальцы сжимали рукоятку, а лицо старика вытягивалось по мере того, как он вглядывался в кристалл проектора.

— Ну что там, Смирнов? — поторопил экзаменатор. — Пусто?

— Какое там пусто… — отозвался прозектор, не отрывая взгляда от кристалла. — Гематома под третьим ребром, капсулированная, прямо под надкостницей. Еще неделя-другая, и начался бы сепсис. Клапан… боги милосердные, створка действительно залипает на третьем такте! Как она вообще это определила без артефактов⁈ Одними руками⁈

Преподаватели молча уставились на Валерию. Вырасти у нее за спиной настоящие драконьи крылья, они изумились бы куда меньше.

Экзаменатор, еще десять минут назад читавший девушке нотации, судорожно сглотнул и натянул предупредительную улыбку:

— Кхм… Валерия Сергеевна… Может, принести вам воды? Или чаю? Вы наверняка утомились?

С верхних рядов раздался возмущенный голос бархатного юноши:

— В смысле чаю⁈ Она что, уже поступила⁈ Какого черта ей подносят воду, а мы тут третий час на каменных лавках паримся⁈

Экзаменатор медленно повернул к нему голову:

— А сколько набрали за практический осмотр вы, молодой человек?

— Я… тридцать два балла! Это проходной уровень!

— Вот когда наберёте девяносто восемь из ста, как госпожа Валерия, мы вам не только чаю, мы вам коньяку нальём. Помолчите и не позорьтесь.

Третий заключительный этап проходил в закрытом круглом зале.

Вдоль стен на высоких дубовых табуретах сидели около полусотни зверей: кошки, хорьки, мелкие терьеры, ящерицы, вороны… С виду обычные домашние питомцы, без рогов и чешуи, ядовитых шипов тоже не видно. На каждом животном висел специальный артефактный ошейник, который глушил и искажал магический фон.