Книга Идеальный мир для Химеролога 14, страница 39 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— Ну точно. Кажется, до меня дошло.

Вот зачем им Агнесса. Брат сейчас сам предложил то, ради чего её увезли: всё, чем владеет род, в обмен на сестру. В лесу за кордоном сидели культисты. Их выдавали смертники с переделанными мозгами и чужими сухожилиями: почерк химерологов-недоучек. Да ещё порталы. Доберутся через Мишу до заводов и станут гнать мутагены. Через графские счета ещё и деньги секты можно пропускать.

В Тюмени без моей помощи Агнесса бы разорилась или погибла в клановых разборках. Новиковы разбогатели, обзавелись влиянием и производством, на которое теперь положили глаз эти ублюдки.

Выходило, мишень из неё сделал я сам. Косвенно, конечно. От этого чувствовать себя виноватым нравилось мне ничуть не больше.

— Что случилось? — насторожился Макар.

— Неважно, — я вручил ему пустую чашку. — Просто кое-что понял, но вслух озвучивать не буду. А тебе, Миша, скажу прямо: слова твои я запомнил. Только вот сестра твоим речам точно не обрадуется. И совет на будущее: никогда больше не бросайся подобными клятвами. Империя за меньшие слова вешает на площадях без суда и следствия.

— Если бы я мог прямо сейчас обменять свою жизнь на жизнь Агнессы, я бы сделал это не задумываясь, — сказал Миша.

Пацан говорил правду. Без торга, без попытки произвести впечатление. Я видел достаточно клятв, чтобы отличить такую от красивых слов, которыми удобно бросаться, пока плата кажется далёкой.

В прошлых жизнях матери обещали детям защиту, а при опасности оставляли их чудовищам. Отцы продавали дочерей в рабство ради золота или паршивого титула. Случалось встречать и долгожителей: две тысячи лет бок о бок, а дошло до угрозы собственной шкуре — один подставляет другого под удар.

Людей, которые действительно легли бы в могилу вместо близкого, мне попадались единицы. Миша вот был готов. Глупо и наивно, но уважения у меня от этого к нему прибавилось.

Я протянул руку и сжал его плечо.

— Знаешь, Миша… Чтобы не попадать в такие дурацкие ситуации и не торговать собственной шкурой ради близких, нужно просто стать сильнее.

— Насколько сильнее?

— Настолько, чтобы когда у какого-нибудь ублюдка возникнет хотя бы мимолётная мысль не то что навредить тебе, а просто расстроить, у него спина мгновенно покрывалась ледяной испариной. Чтобы страх вылезал из самых тёмных щелей его души и скручивал кишки так, чтобы взрослый матёрый генерал, которого боится половина империи, заикался и боялся моргнуть в твоём присутствии.

Он замер, глядя на меня снизу вверх.

— Но, как ты понимаешь, всё не так просто, — я усмехнулся. — Сила — штука капризная. Она даёт многое, но забирает ещё больше. Впрочем, мне пора. Будут новости — сообщу. И главное: никому ни слова о том, что графиня пропала. Для всех она сейчас просто уехала на срочные закрытые переговоры.

Поднявшись, я поправил воротник и пошёл к выходу. В клинике можно было бы завалиться в кабинете и поспать пару часов. Очень хотелось. За те же два часа культисты могли накачать Агнессу дрянью или взяться за её мозги, так что отсыпаться предстояло после.

За оцеплением подвернулась армейская служебная машина. Я нанял её и отправился в центр, а через полчаса уже стоял перед портье «Северной Пальмиры».

На нём был расшитый золотом сюртук, на мне — пыльная куртка. Он успел дать ей оценку одним взглядом. Потом я положил на мраморную стойку платиновую карту, оформленную через род Новиковых, и одежда его сразу устроила.