Онлайн книга «Идеальный мир для Химеролога 14»
|
Следующий канал встретил меня академической студией. За круглым столом сидел сухопарый господин в профессорской мантии с золотым орденом на груди и с важным видом распекал оппонента: — Пора взглянуть правде в глаза, коллеги! Химерология как наука изжила себя! Это грязное, варварское наследие смутных веков, замешанное на крови и непредсказуемых мутациях! Будущее цивилизованной Империи принадлежит исключительно точной артефакторике! Кристаллические накопители, сплавы с памятью формы, стандартизированные рунические контуры — вот что даст человеку абсолютную мощь без всякой грязи! Химерологов пора отправить на свалку истории! Я не выдержал и от души расхохотался. На свалку истории, надо же. Великие теоретики… Пока их драгоценный кристаллический накопитель греется, даёт трещину от малейшего перепада температур и требует чистки контактов спиртом каждые две недели, грамотно выращенная химера приспосабливается к любому яду, восстанавливает оторванную лапу прямо на бегу и с аппетитом переваривает самого изобретателя вместе с его руническими схемами. Но спорить с телевизором смысла не имело: пускай болтают, пока у нас в приёмной очередь из клиентов не иссякает. Выключив телевизор, я сполоснул руки и глянул на часы. Пора было закругляться. Стрелки подбирались к семи вечера, а у нас сегодня намечалось важное событие. В кои-то веки клиника закрылась на пару часов раньше обычного: мы всем коллективом отправлялись в ресторан отмечать окончание вступительных испытаний в Академию. * * * Стол ломился так, будто мы готовились пережить долгую осаду. Запечённый осётр в сливочном соусе с белыми грибами, горячее жаркое из мяса химерного тура на шипящих чугунных сковородах, свежие пироги с дичью, зелень и пара запотевших бутылок выдержанного вина. Валерия сидела во главе стола по правую руку от меня, сияя в новом бирюзовом платье с открытыми плечами. Рядом Роман накладывал себе третью порцию жаркого, переглядываясь с Андреем и Катериной. Напротив устроилась Елена Грановская в простом кремовом платье. После вчерашнего она заметно расслабилась и с несвойственной аристократке охотой уплетала горячие пирожки. — Вик, ну ты посмотри на них! — довольно пропела Валерия, поднимая бокал с белым вином. — Сидят, щёки надули, а у самих пальцы дрожат! Хватит уже тянуть резину, доставай! На краю стола лежала стопка плотных белых конвертов с сургучными печатями Первой Государственной Академии. Курьер из министерской службы доставил их в клинику за полчаса до нашего отъезда. Договорились спокойно вскрыть конверты за столом и терпели до застолья. Тут Роман схватил свой конверт, поддел ногтем сургуч, разорвал плотную бумагу и вытащил гербовый бланк с золотым вензелем. Несколько секунд за столом стояла полная тишина. Роман быстро водил глазами по строчкам, моргал, снова вчитывался, а затем расплылся в счастливой улыбке: — Семьдесят шесть баллов… Да ну нафиг! Это же высшая категория практической аттестации! — Дай сюда! — Андрей отобрал у него лист, впился взглядом в печать и тут же торопливо распотрошил собственный конверт. — Обалдеть… У меня восемьдесят четыре! Катерина ахнула, закрыв рот ладонью, и развернула свою ведомость: — Восемьдесят шесть… Восемьдесят шесть баллов! Я прошла! Елена Грановская вскрывала свой пакет аккуратно, столовым ножом, словно проводила тонкую операцию. Взглянув на цифры, она тихо выдохнула, и на её щеках выступил румянец: |