Книга Новый штамм, страница 132 – Дмитрий Лим

Вместо этого он закричал, снова ударив меня по голове. Стекло разбилось.

К счастью, нож не попал мне в глаз, а вместо этого вонзился ниже.

Я вытащил свой нож из его ноги, затем ударил еще раз, выше.

На этот раз его нога соскользнула с моей руки. Не останавливая своих движений, я уклонился от его следующей атаки, дернув туловище в сторону.

Его нож вонзился в землю. Держа нож в правой руке, я ударил его по руке.

С одним плечом, простреленным стрелой, и другой рукой, раненной ножом, он не может атаковать меня так свободно. Или я так думал. Она наступила мне на лицо. Пропало зрение из левого глаза. Она уже поднимала ногу, собираясь снова топнуть.

— Просто, тварь, сдохни уже!

Если бы я мог говорить, я бы ответил ему теми же словами.

Вместо того, чтобы уклоняться от его ноги, перекатываясь, и поднял голову, чтобы встретить его ногу на вершине, не давая ему упасть.

Затем я ударил его обоими ножами, неоднократно нанося удары, даже когда он отступал.

Травмы не так сильно повлияли на эту жертву. Но эффект от них все же был.

Большое влияние оказало множество травм. Наконец она упала, и закричала, когда стрела в его спине вонзилась еще глубже в его плечо, появившись в передней части его тела.

Я проткнул руку, которую ранил, ножом.

Когда я уже не мог сказать, что это рука, я перешел к другой руке.

Потом ноги.

В этот момент она перестала двигаться. Но она все еще кричала на меня.

Было ли это вообще добычей? Или это был говорящий другой? Почему его было так трудно убить, когда я мог игнорировать все, что я с ним делал?

Ужасно…

Надеюсь, я никогда не столкнусь с другой такой добычей.

Я не вижу левым глазом.

Я думал, что это временное явление, когда его нога коснулась моего лица. Но это нанесло больше вреда, чем я думал. По крайней мере, я не умер.

Если бы у него был нож на ступне, я бы умер. Может быть, я должен сделать это, прикрепить ножи к подошве своих ног?

Но это затруднило бы ходьбу.

Жертва наконец перестала кричать. Я проткнул ему шею несколько раз, чтобы убедиться, что он мертв. Затем я снял его купол.

Она выглядела как обычная жертва. Возможно, что-то не так с его мозгом.

Я вытер ножи о штаны, положил их обратно в сумку. Тогда я схватил свою металлическую палку. Несколькими взмахами я расколол жертве голову.

Мозг жертвы ничем не отличался от мозга любой другой жертвы.

Это определенно был не кто-то другой ибо его мозг был бы зеленым, если бы это было так.

Я вынул его мозг, поднял забрало. Но козырек был уже сломан, поднимать было нечего.

Так что я вгрызся в мозг.

Как странно. Мозги всегда на вкус одинаковы. С этой добычей действительно было что-то не так. Его мозг имел острый вкус.

После того, как я съел мозг, я заменил свой купол куполом добычи.

Он сломал мой ножом.

Мне повезло, что это не убило меня. Я чуть не умер. Я не думаю, что когда-либо был так близок к смерти. Жертва была страшной. Как определить жертву с проблемами мозга? Он вел себя как другой, не заботясь о своем теле, пытаясь убить меня любой ценой. Если бы вся жертва была такой, я бы давно умер. Сама по себе эта жертва убила двенадцать других.

Если бы я не выстрелил в него стрелой, заставив его преследовать меня, он убил бы всех двадцать. Восемь других уже едят жертву, которую я оставил. Слишком поздно его сохранять. Но это не имеет значения. Я не стал ждать три дня, чтобы поймать жертву. У меня много еды. У меня нет колесных вещей. Приоритет очевиден.