Книга Юрист с Рублёвки. Том 3, страница 44 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Так пойдёт?

— Пойдёт, — я подписал оба экземпляра и один отдал ему.

К четырём часам дня со мной связался Петров. Я как раз готовил себе поесть и, так сказать, был не совсем в ресурсе для разговоров. Но игнорировать звонок не стал.

— Алексей Дмитриевич, — голос собственника квартиры был деловым. — Геннадий Петрович прислал мне копию лабораторного заключения. Я ознакомился.

— Вопросы есть?

— По квартире — нет. Дефект обжима подтверждён, гарантия покрывает. Акт о восстановлении потолка вы подписали?

— Подписал. Только общий отказ от дальнейших требований из акта убрали.

— Правильно сделали, — Петров помолчал. — Я готов подписать окончательный акт по квартире. Присылайте.

— Сейчас отправлю сканы. И фотографии первоначального приёма, на всякий случай — чтобы сопоставить «до» и «после».

Я сделал фотографии: потолок, стены, пол. Отправил Петрову вместе со сканом акта и прежними снимками. Он подтвердил получение и сказал, что подпишет со своей стороны в течение дня.

Поел — для ужина было рановато, а обед я благополучно пропустил. Глянул на часы и понял, что пора возвращаться. У Когана я отпрашивался до пяти, а рабочий день у меня был до семи.

Вернувшись в контору, я застал Софью за обсуждением её арендного дела с Мариной. Подошёл к ним и улыбнулся, когда Софья подняла на меня взгляд.

— О, Лёша, — Марина Викторовна подняла голову от документов. — Как раз вовремя. Закрываем арендный этап.

Перед ними на столе лежали два документа: письмо от арендодателя и ответ Марины.

— Итак, — Марина обращалась к Софье. — Арендодатель письменно отозвал требование о досрочном освобождении помещения. То самое, где он ссылался на «аварию водопровода и невозможность эксплуатации помещения».

«Ага… то есть досудебной претензии всё-таки хватило…»

— Аварийка письменно всё подтвердила? — спросил я Марину.

— Да. Плюс бумага от участкового и всё в том же духе. Ты молодец, Лёша, правильно всё сделал. Даже до суда дело не дошло.

Я улыбнулся, и Софья в этот момент спросила:

— А договор?

— Продолжает действовать. Платите в прежнем порядке. Невозможность пользоваться помещением, на которую ссылался арендодатель, не подтвердилась.

— То есть он просто сыграл на дурака? — усмехнулся я.

— Бутово, — пожав плечами, ответила Марина. — Причём районов-то в Москве — просто уйма, и в каждом подобном, спальном, постоянно какая-то херня происходит.

Она не постеснялась выругаться.

— А если будут другие основания? — Софья подалась вперёд. — Он ведь может придумать что-то новое?

— Может, — Марина сняла очки и потёрла переносицу. — Новые претензии будем разбирать отдельно. Но эту аварию он больше не должен использовать как повод не пускать вас в помещение. Если попытается — сразу звоните.

«Странное место, — невольно задумался я. — В наше время, с этим вот цифровым прогрессом, всякие идиоты, а иначе их не назовёшь, пытаются играть в свои девяностые. Что у Воронина, что у Софьи с этим… владельцем помещения. Может, пора пробираться в центр?»

Софья тем временем открыла переписку в телефоне. Я невольно скользнул взглядом по экрану: обжарщик, тот самый поставщик зёрен, с которым она работала с открытия кофейни. Обсуждали следующую партию — сорт, объём, дату доставки.

— Софья Андреевна, — Марина выдохнула и посмотрела на девушку. — Если возникнут новые вопросы по аренде — вот мой прямой контакт, — она протянула Софье визитку. — Ну, или найдёте меня через Лёшу.