Книга Юрист с Рублёвки. Том 1, страница 90 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Иван Петрович, я обязательно всё запишу, но давайте подождём, пока вы зайдёте к Алексею Дмитриевичу!

Коган приехал без предупреждения. Он заглянул в библиотеку, чтобы проверить, не превратил ли его стажёр консультацию в самодеятельность. Увидев очередь, он замер в дверях, поправляя очки. Его взгляд скользнул по лицам: здесь были Зоя с двумя рабочими, две матери из «Гранита», отец Витьки с новыми свидетелями по делу о сокращении.

— Э-э-э, — только и смог выдавить Семён Борисович, глядя на заполненный зал.

Он подождал, пока я закончу приём очередного клиента, и подошёл ко мне.

— Смирнов, — он понизил голос, — это что?

— Вечер юридических консультаций, Семён Борисович. Как мы и договаривались.

— Я вижу, что консультаций! Тут половина района собралась! Э-э-э… Но в следующий раз мы берём аренду зала. И все платные дела, которые из этого вылезут, проходят через консультацию. Ясно?

— Абсолютно. И ещё… — Я кивнул на Катю. — Ей бы практику оформить, сможем? Девушка молодец, понимающая.

Коган немного помолчал, подумал и всё же повернулся к Кате.

— Приходите в понедельник в офис. Оформим вас на официальную оплачиваемую практику. Но запомните: все платные дела — через кассу. Ни одного договора втихую.

Катя кивнула, а Коган, буркнув что-то себе под нос, ушёл. Библиотека стала моей постоянной территорией, а Катя получила место, что было монеткой в копилку кармы.

В тот же день я наконец расплатился с Витьком. Случайно наткнулся на него возле библиотеки, когда выходил подышать свежим воздухом. Сегодня он был без Сани, пил в гордом одиночестве, и, как мне казалось, поглядывал на моток медного кабеля, который свисал с крыши этого здания.

Когда я направился в его сторону, Витя засёк меня метров за десять. Он аж подскочил на месте и почему-то поспешил убрать пиво за спину.

— Ты чего это тут разглядываешь? — я остановился напротив него, сдерживая улыбку.

— Да смотрю, бесхозное, — он достал пиво и отхлебнул. — Смотрю я на такие провода, и понимаю, как им одиноко без хозяина… они же, на улице, мерзнут… да?

— В жизни не слышал ничего глупее, — рассмеялся я. — Так, Виктор, я, как и обещал, возвращаю.

Витёк замер, моргнул, потом уставился на купюры в моей руке. Челюсть его слегка отъехала вниз. Видимо, в его картине мира должники, добровольно отдающие деньги, относились к разряду мифических существ вроде снежного человека или адекватного чиновника. Хотя… часть же я и так уже вернул, что тоже его в своё время удивило.

— Че, реально всё? — недоверчиво протянул он, принимая деньги и пересчитывая их.

— Реально. Мы в расчёте.

Преобразился он мгновенно. С плеч ушла зажатость, а физиономия расплылась в широчайшей, плутоватой ухмылке. Убедившись, что сумма сходится, Витёк сунул купюры в карман спортивных штанов и радостно хлопнул себя по колену:

— Лёха, ну ты мужик! Я ж думал, ты… ой, ладно. Слышь, а давай вечером я пивком разживусь, и мы с тобой посидим? Побазарим о высоких материях, пока Санька там свою бабу утешает? Я и рыбку копчёную организую!

— Витя, — я покачал головой, еле сдерживая смех, — предложение, конечно, звучит как мечта любого эстета, но я вынужден отказаться. У меня диета и вечерний приём граждан. И совет: отложи свой коварный план по эксплуатации медного кабеля. За него сейчас так накажут, что на твоё пиво пенсии не хватит.