Онлайн книга «Система Распутина. Том 1»
|
Я хрустнул шеей и сказал сам себе: — Не знаю, что это за ерунда, но… погнали! * * * Помещение, в которое я вышел после туалетной комнаты, было большое и дорогое. Не «дорогое» в моём понимании, конечно… я, если честно, привык к ресторанам, где один стул стоит как подержанная иномарка. Здесь всё было по-другому… Высокая барная стойка из тёмного дерева с латунными вставками, зеркальный задник… Полка с бутылками, которые стояли так, что любой профессионал залился бы слезами умиления. От базовых настоек до безумно дорогих вещей. И куча столов… Зал был пуст — ради кастинга заведение, похоже, закрыли на пару часов раньше. Но один из этой «кучи» был занят. За ним сидели шестеро: пятеро с одной стороны и одна женщина — по другую. С лицом, как будто ей вообще до фени, что здесь происходит. «Так… что такое „Парус“? — задался я вопросом. — Клуб? Что-то знакомое…» Додумать я не успел. — Долго ждать? — вопрос принадлежал той самой женщине. — В темпе! И вот тут, когда я обратил внимание на неё и на пятёрку других, более молодых людей, я понял, что система видела не только меня. Над головами троих висели едва заметные красные маркеры: Отклонён. А вот что не подходит и почему — я не понимал. Я сел на свободное место, почти по центру, и посмотрел по сторонам. Слева от меня сидел бритоголовый пацан лет девятнадцати, с татуировкой барной ложки на предплечье. Сидел так, будто уже работал здесь. Взгляд прямой, с лёгкой ухмылкой, будто он только что взял джек-пот. Но над ним мигала та самая красная надпись: Отклонён. Интересно. Что это значило⁈ Рядом с ним сидел пацан, чуть постарше, но худее. И он заметно нервничал: теребил край своей рубашки, да к тому же — потел. Над ним была такая же надпись: Отклонён. Дальше — мужик за пятьдесят. У него были закрученные усы, седые, с желтизной от никотина. По нему было понятно, что он за барной стойкой отстоял лет двадцать. Не меньше… И вот над ним была такая же надпись… По правую руку от меня сидела рыжая девчонка. Ей было двадцать три, может, двадцать пять. Самым ярким в ней, помимо цвета волос, был пирсинг в носу. Она сидела ровно, смотрела на стойку за женщиной в чёрном. Над её головой горела зелёная надпись: Одобрено. Крайним за ней сидел пацан плюс-минус моего возраста! Коротко стриженный в чёрной рубашке. Над его башкой тоже висело: Одобрено. «Так, это собеседование, получается?» — Ты, — неожиданно сказал мне бритоголовый, не поворачивая головы, — мы, сволочь, только тебя ждали! Может, уже выйдешь? Нахер ты здесь не нужен. Видишь ли, при всех объявить хочет… — Сам выходи, — ответил я. — Да и… какого чёрта здесь происходит? Моим главным «навыком», жизненным, при чём, было то, что я умел читать эмоции людей по их лицу. Ну и… сейчас он явно удивился моему ответу! Пацан рядом с ним хихикнул, но, уловив явную угрозу со стороны бритоголового, поспешил отвернуться. — Итак! — начала женщина, сидящая перед нами. Когда она говорила я словил ассоциацию. Короче, лицо к неё было как у ведущей программы «Слабое звено». — Вы трое — свободны, — сказала она, указывая на тех самых, над кем висела эта красная надпись. — Можете остаться у стены и посмотреть. Иногда полезно увидеть, как надо. «Ага… значит, система подсказала… прикольно!» Тут же послышалось тихое возмущение от бритоголового: |