Онлайн книга «Диверсант. Том 1»
|
— И я дров нарублю! — вдруг встрял Сидоров, будто сам себе удивляясь. — И воды… сколько надо. Тимоха прищурился, перевёл взгляд с меня на Гену, потом снова на меня. Долго молчал… — А если завтра опять фрицы приедут? — наконец глухо спросил он. — А у меня тут солдаты… Думаешь, они разбираться будут, кто раненый, кто дрова колол? Я на секунду замешкался, подбирая слова. Не хотелось врать, но и правду выкладывать всю тоже нельзя. — Если заедут — мы не будем маячить, — сказал я. — В сарае тихо посидим, никому не помешаем. А если что — сразу уйдём. Не станем тебя подводить. Дед хмыкнул, потёр ладонью щетину, снова посмотрел на ружьё, потом тяжело вздохнул. — Подумаю, — буркнул он, опуская ствол уже окончательно. — Заходите, решим, что делать будем. — Спасибо, дед, — выдохнул я, чувствуя, как с плеч будто камень свалился. — Всё сделаем. Слово даю. — Ну, слово… — проворчал Тимоха, но в голосе уже не было прежней злости. — Сначала вон ту поленницу до сарая перетаскай, — кивнул он в сторону горки полусырых чурок. — Да аккуратно, не вали как попало. А ты, ефрейтор, за водой сходи. Ведро там, у колодца. Когда мы выполнили первую часть сделки, нам позволили войти в дом. И когда мы мы прошли в сени… почуяли запах сушёных трав, дёгтя и хлеба… у меня аж в глазах потемнело от голода. В доме был ещё один человек — девушка. Лет семнадцати, стройная, с тёмными косами, уложенными вокруг головы. Лицо бледное, губы поджаты, но взгляд не испуганный, а какой-то замороженный. — Это Ганна, — буркнул Тимоха. — Племянница моя. Мать её… убило вчера на станции… — А отец? — Да чёрт его знает… на службе он, — горделиво ответил старик, а затем более грустно добавил: — Не знаем, жив ли. Ганна молча кивнула нам, решив, что здороваться не надо, а затем повернулся к старику: — Дед, компот нести? — Неси, неси, — старик сел за стол и указал нам на лавку. — Вы тоже садитесь. Сесть в тепле… на лавку… было чем-то божественным! Ноги гудели, напряжение в теле было просто чертовски неприятным… Вскоре Ганна поставила на стол крынку с чем-то мутным и кувшин с водой. Постояла, изучая меня взглядом, а затем села у печки. Через мгновение обратилась ко мне: — Ты из города? — Да, — кивнул я. — Там плохо? — Там ад, — честно ответил я. Она кивнула, принимая это. — Дед, — я повернулся к старику. — Мы выполнили условия сделки… разрешишь переночевать в сарае? — Я подумаю, — только было сказал он, как я продолжил: — Пойми, времени у нас нет… я говорил, у нас краском раненый. Ему бы в тепле переночевать, иначе не выживет! Тот не сразу ответил. Думал о чём-то своем… а затем выпалил на одном дыхании: — Если фрицы нагрянут, нас всех расстреляют! — Я понимаю, мы спрячемся, шуметь не будем! А утром чуть свет уйдём. — Куда⁈ — На юг, в Жабровский лес. Старика удовлетворило услышанное, он вяло улыбнулся и кивнул. — Наши там… держатся. Только как вы через болота пойдёте? — Разберёмся. Нам главное — в тепле переночевать! Старик вздохнул и посмотрел на старуху, та в свою очередь пожала плечами: мол, тебе решать, ты хозяин. — В сарай можно, — вдруг подала голос Ганна. Все посмотрели на неё. — Там погреб есть под досками. Если кто нагрянет — нырнёте в погреб, сверху сеном закидаете. Не найдут. Тимоха хмыкнул. — Ишь ты… Сообразительная. Ладно. Пущу я вас. И еды дам, но немного! Хлебу, картошку варёную, сала малость. |