Книга Соединенные Штаты России 3, страница 56 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Сидящий напротив Скрип с наслаждением умял кусок вареной тыквы.

— Знаешь Рим, — заговорил он, — когда в нашем мире — ну, в том, который мы не меняли, — казнили Марию Стюарт, то у неё из-под платья выскочила собака. Это реальный исторический факт. На этой самой плахе она была в платье — не таком, как сейчас, но в похожем. Сам понимаешь, металлические обручи, типа корсет, и что-то такое. Тогда в юбках можно было хоть мужика здорового спрятать. Легла она на плаху, башку ей отсекли, а из-под платья собачка выскочила. И как давай лаять!

Рим понял, что выпить вина было хорошим решением.

— Скрип, — попросил он, — тебе бы не мешало чувствовать момент. Потому что сейчас ты, ну реально, зря об этом заговорил.

«Синеглазка» осмотрелся и обнаружил, что из остальных бойцов больше никто не ест. Он смущенно проглотил кусок тыквы, остававшейся у него в рту. Хотел что-то сказать, но вместо этого пожал плечами и продолжил жевать.

— Ладно, забыли, — сказал Цинк. — Народ, возьмите себя в руки уже. Надо решать задачу.

И он посмотрел на стол с испанцами.

— Да, согласен. — Бык почесал подбородок. — Тёмная лошадка сама по себе плохо, а тёмный табун — вообще проблема.

— Два тёмных табуна, — поправил его Рим. — Мы здесь еще более дикие, не забывай. Нас терпят потому, что боятся.

— Или хотят использовать, — предположил Марат озадаченно.

— Не без этого, — согласился Рим. — Помните разницу между богами и демонами?

— Нужность в оных, — сказал Бык. — Да все помнят, конечно. Рим, что делать будем?

— Поедим, пока дают, и пойдем спать, — сказал Рим. Забрав у Быка тарелку с говядиной и начхав на приличия, он начал есть его руками. — Жрём, пока дают, и отсыпаемся. Попросим у Бена комнату, он не откажет.

— У Бена? — спросил Цинк.

— Да, у него, — ответил Рим, вгрызаясь зубами в говядину, которая действительно оказалась хорошей. — Только он здесь честно подскажет безопасный угол. И его ребята уже весь замок обыскали.

— Да, ты прав, — сказал Цинк, тоже возвращаясь к еде. — Отожраться надо, пока есть шанс. Завтра нас самих могут на плаху повести.

— А я вообще удивляюсь, что нам пока не задали ни единого вопроса, — сказал Марат.

— Зададут, — пообещал Рим. — Сейчас только между собой решат, как дальше быть. И потом уже за нас примутся. Но не сегодня. А вот завтра хорошо бы, чтобы нас здесь уже не было. Либо придется снова во власть идти, или в новые боги. А здесь католики, так что в пантеоне нам места может не найтись.

— Намёк понял, умолкаю, — сказал Марат.

— Здорово, народ! — послышался голос Дзю. Тот приближался с полностью замотанной рукой от плеча до запястья.

— Братуха! — выдохнул Бык, вскакивая и хватая Дзю в объятия. — Заштопали тебя!

— Ты знаешь, прямо образцово, — похвастался Дзю, садясь между Быком и Цинком. — Здешняя медицина, конечно, на любителя, но резаные раны от меча они латают на ура.

— Опыта больше, — изрёк Цинк очевидную истину. — В нашем времени мечами особо не махаются. Раны от них не как от ножа. Каждое оружие специфические следы оставляет. Пожалуй, у нас бы без лазеров тебя так просто не залечили.

— Пальцы вроде шевелятся, — Дзю с гордостью посмотрел на забинтованную руку. — Сказали от силы месяц — и буду в порядке. Но лучше в замке переждать.

Рим начал есть медленнее. Он не планировал оставаться в замке Шеффилда так долго, да и вообще в Англии. По большому счёту, их задача здесь была выполнена. Они хотели донести послание, что не надо идти на поводу у военщины, тем более иностранного государства вроде Испании, что нужно жить своим умом и не идти против совести. Простые, в чем-то наивные истины, но здесь и сейчас они могли сработать как правда жизни. И, похоже, вполне себе срабатывали.