Книга Соединенные Штаты России 3, страница 53 – Полина Ром, Дмитрий Лим

— Я за королевой, — сказал Бык, но Фифа удержала его, схватив за руку.

— Не надо, — сказала она дрожащим голосом. — Дальше без нас.

— Почему⁈

— Казнь все равно сорвана, — сказал Рим, глядя, как Мария наклоняется к лежащей Елизавете, падает рядом с ней на колени и тыкается в её спину лбом. И беззвучно дрожит в рыданиях.

Судя по лицу Родриго Веласкеса, тот тоже понял, что казнь отменяется. Без палача не получится придать процессу хоть какую-то юридическую видимость. Даже в эти жесткие времена уже существовало понятие правовой базы. Собственно, благодаря законам, пусть даже дурацким, такое общество в итоге и стало чем-то большим, чем просто стая хищных волков.

Разумовский поймал пристальный взгляд Цинка, который тут же посмотрел под ноги. Проследив за направлением его взгляда, Рим обнаружил свой пистолет, всё ещё лежащий в грязи, куда бросил его испанец. Наклонился и подобрал оружие, стараясь скрыть дрожь в руке. Да и ту, возможно, удастся списать на ранение. Шпага Веласкеса оставила Риму царапину на тыльной стороне правой ладони.

Но, обтирая краем одежды оружие, Рим понимал, что подобный косяк упорол впервые в жизни. Позволил разоружить себя. Выронил табельник, и даже забыл о нём. И как минимум половина его команды это видела.

К испанцам постепенно начала придвигаться толпа англичан. У многих лица заливало кровь. На бледной коже распускались синяки, полученные от ударов. Теперь уже совсем трудно было понять, кто на какой стороне бился. Сейчас люди нашли, на ком можно сорвать зло и…

— Нет! — крикнула Мария, протягивая руки к толпе. — Не трогайте их!

Родриго Веласкес уставился на помост, словно ожидал встретить здесь своих сторонников. Но почетные лорды, похоже, давно разбежались, поняв, что игра проиграна.

Испанец спокойно убрал свою шпагу в ножны. Рим ожидал, что он переломает её о колено. Но, похоже, таинственный Родриго был не настолько прозаичен. Затем, не обращая внимания на агрессивных англичан, Веласкес почти прогулочным шагом, как ни в чем не бывало, направился к замку, держа ладонь на рукояти зачехлённой шпаги. Остальные испанцы направились за ним, и никто не посмел их остановить.

— Можно я его пну? — Спросил Кот, глядя в спину испанцу.

— Можно, — сказал Рим. — Попробуешь?

— Наверное, нет, — ответил Кот. — Пусть пока живет.

— Пусть… Заодно и ты ещё поживешь…

Возбуждённый Бен забрался на помост, едва не свалившись по дороге. Посмотрел на Марию безумным взглядом, Затем на Елизавету. Повернулся к своим — и что-то проорал.

Поднялся дикий гвалт. Кричали решительно все, независимо от того, кто на какой стороне сражался только что. Можно было не сомневаться, что сегодня из погребов Шеффилда выволокут абсолютно все бочки со спиртным и оприходуют ещё к полуночи.

Глядя на Бена, Рим едва скрыл усмешку — такую же горькую, как и вкус грязи во рту, по которой он только что прополз. Если Бен не совсем безнадёжен, то он сообразит, что его бой только начался. И после того, что он натворил, спасти свою шкуру Бен сможет, только если попытается двинуться в пэры. Нельзя заигрывать с властью, если не хочешь сам её заполучить. Ни с одним государством не воюют такими смешными средствами, как сталь, внезапность или случайные союзники.

Марии наконец удалось поднять Елизавету с помоста. Обе уткнулись друг в дружку лбами и зарыдали.