Книга Соединенные Штаты России 3, страница 142 – Полина Ром, Дмитрий Лим

И, отдыхая, прислонившись к древесному стволу, Рим думал о том, как странно все-таки порою меняются судьбы целых государств. Подобно тому, как три оставленных им бревна где-то по дороге в Москву в будущем лягут в основу города — так и будущее Ладоги, а вместе с ним, возможно, и всей Руси, зависело от того, кому будут принадлежать обе крепости на этом берегу.

Рим достаточно хорошо изучал военное дело, чтобы понимать простые истины. Все войны происходят от того, что кто-то с кем-то не договорился. Но даже в случае провала переговоров судьбоносное влияние имеет фактор того, кто раньше займет выгодную позицию на нужной локации.

Весь его военный опыт служил лишь подтверждением этой простой мысли. Баррикады на улицах Парижа — казалось бы, тьфу, мелочь. Какие-то несчастные телеги с бочками. Но в альтернативной вселенной герцог Генрих де Гиз благодаря ним сумел прогнать из Лувра самого короля. И не захватил трон лишь потому, что это ему не было нужно.

В Англии собирались казнить то одну королеву, то другую. Просто потому, что в определенный момент рядом с актуальным монархом тусовалась дюжина ребят крепкого телосложения. В нужных условиях этого вполне достаточно. Покойный Родриго Веласкес не даст соврать.

Судьба огромнейшей испанской державы оказалась переломлена тем, что один-единственный боец смог запрыгнуть в окно в нужный момент, пройти на определенный этаж, зайти в конкретную дверь и подсунуть королю под нос нужное письмо.

Куда ни кинь — везде один и тот же сценарий.

Убийство эрцгерцога Фердинанда, который, по сути, прославился только этим печальным событием.

Высадка зелёных человечков в Крыму.

Красные бригады, жёлтые жилеты, голубые каски.

Всё начинается с каких-то совсем уж смешных в историческом плане мелочей.

И сейчас Рим понимал, что стал одной из таких. Маленькая пешка в большой игре.

Всё было просто. Если сейчас до Ладожской крепости доберется шведский разведотряд — пиши пропало. Это не значит, конечно, что Русь падёт. Это всего лишь значит, что следующий отряд будет большей численностью, и разведывать станет активнее. И сопровождать его будут телеги, пушки, конница, обозы с продовольствием. Возможно даже, это окажется передовой отряд из русских крестьян-смертников, недовольных какими-нибудь решениями Феофана, пусть даже вынесенными по недосмотру или из благих побуждений.

И по воде поплывут шведские ладьи, польские пироги, да какие-нибудь датские конвои. На берег Ладоги, конечно, тем временем прибудет первичный гарнизон московских рыцарей, за которыми ступает мощная армия. Только к тому времени ни дипломатия, ни тем более передовые разведотряды уже ничего не будут решать.

Где-то под шумок подсуетится очередной заокеанский партнёр. Возможно, Сантьяго нарисуется на своей каравелле гораздо раньше задуманного. Только уже не будет ждать сокола, чтобы попросить разрешения на высадку. Он бросит якорь самовольно и, сойдя на русский песок, начнет с неизменной улыбкой продавать вооружение обеим сторонам.

Ничего этого Рим допускать не собирался. Поэтому любой, кто придёт сейчас с востока, должен будет здесь и умереть — и ни коем случае не вернуться назад. По крайней мере, пока добровольно не бросит оружие. Покойный Ксен, когда прогонял не менее покойного Кортеса, знал, что делал. И Малинче знала, раз пронесла эту историю через всю свою жизнь.