Книга Соединенные Штаты России 3, страница 104 – Полина Ром, Дмитрий Лим

— Главное, не называйте ее Старой Ладогой, — предупредил Скрип, разодетый почему-то в рваные лохмотья. — А вы чего ещё не переоделись народ? Давайте скорее!

— В смысле? — не понял Рим. — Что происходит?

В ответ купец отдал приказ, и матрос быстро притащил кандалы на цепях.

— Какого черта? — спросил Рим. — Что вы делаете?

— Мне бы тоже хотелось знать, — сказал подошедший Марат, с подозрением глядя на одеяние «синеглазки».

Сантьяго укоризненно посмотрел на Скрипа и промолвил:

— А я думал, вы уже сообщили своим друзьям.

— Не успел, — виновато сказал Скрип. — Короче, братва, смотрите. Высадиться просто так нам здесь не дадут. Купеческое судно или нет, но купец имеет право лишь на торговлю. Не могут восемь каких-то мутных ребят спортивного телосложения, даже если среди них женщина, просто так ступить на русскую землю. Даже если они на местном языке худо-бедно говорят. Да и речь у нас, сами понимаете, сильно отличается. Короче, от вопросов не отвертимся.

— И как мы тогда попадем домой? — спросил Гек.

— Как рабы, — ответил Скрип. — Или, если хотите, невольники.

— Чего-о? — вытаращился Бык. — Да я ни в жизни!..

— Вася, хватит, — остановила его Фифа. — Скрип дело говорит. Мы не продумали легенду насчёт наших прав здесь.

— Напишем всякие подорожные да грамоты, — продолжал настаивать Бык. — Придумаем, что мы донские казаки, или что-то вроде. Да здесь даже читать никто не будет, потому что не умеют.

— Скорее, мы не умеем, — сказал Рим, принимая у матроса кандалы. Он понимал, что нужно первым дать знак действовать, как предложил Скрип. — Невольники — значит, невольники. Будем считать, что Сантьяго привёз рабов из Испании и обменял их на что-нибудь ценное. Сантьяго, на сколько золота мы потянем?

— Ты там ещё за карту обещал! — напомнил Скрип.

— Амигос, к чему вам золото на этой земле⁈ Я с радостью снабдил бы вас монетами, но… Откуда у рабов может быть золото? — спросил купец так, словно впервые слышал про карту.

Долго спорить никому не пришлось: в трюме судна споро работал один из матросов, заковывая пассажиров. И вскоре вся команда Рима в полном составе уже стояла на прибрежных песках — в кандалах и в рубище.

«Вот, значит, как пришлось встретить русскую землю», — подумал Рим, понимая, что, в принципе, не испытывает никакого сожаления по этому поводу. — «В цепях. В чужих странах, значит, с порога двери ногой открывали, творили что хотели. А здесь вот так начали. Со смирения. Что ж может, и к лучшему…»

Возвращения сокола не последовало. Вместо него из тумана на берег выступила конница. Всадников было не меньше двадцати. Все, как на подбор, крупные ребята в лёгких доспехах и круглых шлемах, закрывающих переносицы.

Сантьяго встретил их без малейшего смущения. Предводитель всадников, нисколько не беспокоясь, что копыта коня увязали в песке, внимательно осмотрел пленников, глядя каждому в глаза.

— Русские люди? — спросил он.

У Рима чуть кольнуло на сердце, когда он услышал родную речь. Слова звучали несколько непривычно, но понять вполне было можно.

— Русские, — сказал он.

— Кто главный?

— Я, — ответил Рим.

— Как тебя зовут, человече?

— Андрей, — ответил Рим, и словно перестал дышать. Надо же, как просто оказалось в этих краях назваться настоящим именем.

— Вы воины?