Книга Одиночка. Том 7, страница 112 – Дмитрий Лим

Я активировал «Картограмму» снова. Та же схема, те же пустые пространства, та же красная точка. Но теперь точка была ближе. Не в полутора километрах — в пятистах метрах. К северу от башни.

Мы пошли. Снег скрипел под ногами, трупы стояли по сторонам, как статуи, а мир вокруг был мёртвым, тихим, пустым. Я чувствовал, как холод проникает внутрь, заполняя что-то, что должно быть тёплым. Не тело — душу. Как будто смерть этого мира заражала и меня.

Прошли пятьсот метров и… вокруг был лишь снег, уходящий во все стороны. Но стоило пройти ещё с десяток, как ямы увидели существо.

Оно было большим. Метров пять в высоту, гуманоидное, с пропорциями, которые были правильными, но не человеческими. Тело было сделано из льда: прозрачного, чистого, без примесей. Голова — из льда. Руки — из льда. Всё — из льда. Но не мёртвого льда, а живого: внутри льда что-то двигалось, пульсировало, мерцало тусклым синим светом.

Существо стояло и смотрело на нас. У него не было глаз, но я чувствовал его взгляд.

Я остановился в двадцати метрах от него. Аранис остановился рядом, его рука лежала на рукояти клинка.

«Это босс, — констатировал Тишина. — Но странный. Очень странный. Он не атакует. Он смотрит».

— Может, он ждёт?

«Может. Или может он не умеет атаковать. Или не хочет. Или не может. Слишком много вариантов, слишком мало данных».

Существо сделало шаг вперёд. Один. Медленный. Снег под его ногами не скрипел — просто оседал, как будто вес существа был больше, чем можно было ожидать от ледяного тела.

И оно заговорило.

«Ты пришёл».

Голос. Глубокий, древний, без пола, без возраста. Тот же голос, который я слышал в «Ладоге-1», когда кокон исчез. Тот же голос, который сказал мне это, когда я убил роевого босса. Тот же голос, который принадлежал тому, кого я не знал.

— Я пришёл, — ответил я. — Кто ты?

«Я — страж. Я — дверь. Я — то, что было до и будет после. Ты знаешь меня. Ты просто не помнишь».

— Я не помню многого. Объясни.

Существо наклонило голову. Ледяное лицо, без выражения, без эмоций, но я чувствовал, как оно оценивает меня.

«Ты — не человек, — сказало оно. — Ты выглядишь как человек. Говоришь как человек. Думаешь, что ты человек. Но ты не человек. Ты — ключ. Ключ, который может открывать двери между мирами. И ты только что открыл одну из них».

— Я не открывал. Разлом открылся сам.

«Разлом открылся, потому что ты существуешь, — существование поправило меня. — Разломы — это не аномалии. Это двери. Порталы между мирами. Твой мир и этот мир — теперь связаны. Через тебя. Через то, чем ты стал».

Я молчал. Слова существа оседали в голове, как снежинки на тёплой коже: таяли, превращались в воду, но оставляли след.

«Старые разломы были комнатами, — продолжило оно. — Подземельями с боссами, с мобами, с правилами. Новые разломы — это порталы. Двери в другие миры. Мир за дверью может быть любым: живым, мёртвым, опасным, дружелюбным. Ты не знаешь, что найдёшь, пока не зайдёшь. И ты не можешь контролировать, куда ведёт дверь. Она ведёт туда, куда ведёт. И ты — единственный, кто может пройти».

— Почему я?

«Потому что ты — ключ. Ключи открывают двери. Это их функция. Твоя функция — открывать двери между мирами. И ты только что открыл первую».

Аранис, который молчал всё это время, шагнул вперёд.