Книга Проклятый Врач. Том I, страница 78 – Дмитрий Лим

Что делать с девушкой, которая была биологической бомбой, я тупо не знал. И не представлял…

Я сполз с дивана, чувствуя себя так, будто меня всю ночь пропускали через мясорубку, а потом заботливо собрали обратно, но перепутали пару деталей.

Сердце ныло. Была тупая тянущая боль где-то в глубине грудной клетки, но терпимая. Кардиомиопатия напоминала о себе. Идиопатическая, мать её. Что в переводе с медицинского означает: «Мы понятия не имеем, почему вы умираете, но факты налицо».

«Ну что, сосуд, выспался», — забормотал Старик в моей голове.

И чего тебе надо так рано? Интересно, а он сам-то спит?

«Се денёк новый занимаемся! Али померещилось, яко грудь жмёт? Не сумневайся, хирурге. То не прострел, то руина».

— Отстань, — прохрипел я, направляясь в санузел. — Без твоих комментариев обойдёмся.

Умылся холодной водой, быстренько почистил зубы и поднял голову… посмотрел на себя «красивого». И, если честно, картина была так себе. Рубашка в пятнах от кофе, халат помятый. В общем, элегантность, собранная на помойке. Но ладно одежда… лицо — вообще атас. Небритое, мятое, с большущими мешками под глазами.

Мне… кажется, срочно требуется здоровый сон, массаж и что-нибудь для релакса.

Переоделся в сменный комплект, который хранил в шкафу как раз для таких «ночёвок». Халат, понятное дело, взял чистый, как и рубашку. Галстук сегодня надевать не стал. В горле что-то давило, не хватало ещё уснуть от удушья на плановом осмотре.

Выйдя из кабинета, тут же столкнулся с Лизой. Она то ли подслушивала, то ли сторожила меня.

— Саша, — она подошла ближе, и я снова уловил запах её духов. — Ты опять спал в кабинете? Ты же выглядишь… мм…

— Как бомж? — усмехнулся я.

— Нет, — отрезала она, и в этот раз в её голосе не было обычного кокетства. — Ты вообще кушал? Или опять перебивался бутербродами?

— Лиз, какая разница, вот честно⁈ Чего хотела?

Мой ответ не понравился ей.

— Да мне интересно… как там пациент с… сибирской язвой? — Лиза понизила голос, оглядываясь по сторонам.

Мне на миг показалось, словно мы обсуждаем что-то очень запрещённое. Уж больно много паники было в её телодвижениях.

— Спит, — коротко ответил я. — Её бактерия тоже нуждается в восьмичасовом сне.

Лизе шутка не зашла. Она прищурилась, губы стянулись в тонкую линию, и следом она процедила:

— Саша, я серьёзно! Никто ничего не знает, ты никому ничего не говоришь! Я вообще не понимаю, почему Дима не задаёт вопросов! Ты, может, объяснишь мне, что с ней происходит⁈

Я не стал ничего отвечать на это. Ну а смысл? Я сам не знаю, как всё это правильно преподнести…

Мимо нас по коридору пронеслась Света с охапкой простыней в руках. Заметив нас, она, как и всегда, покраснела до кончиков ушей, пискнула: «Доброе утро, Александр Сергеевич!» — и… рванула дальше так, словно мы ей что-то высказать должны были.

Я понимал, что будет дальше. Света, скорее всего, решила, что я и Лиза всю ночь проторчали в моём кабинете. Ибо лицо у меня было такое себе.

Так что к обеду вся клиника будет судачить об этом, во всех прелестях, со всех пикантных сторон.

— Ничего с ней не происходит. Вирус, — я устало хмыкнул, наблюдая, как Света скрывается за углом. — А тебе-то чего? Она мой пациент, а если Дима хочет узнать диагноз, пусть зайдёт в электронный больничный лист.