Книга Юрист с Рублёвки. Том 4, страница 99 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

Коган остановился в дверях.

— Ты не посмеешь.

— Я ей уже звонил. Она ждёт моего ответа.

Коган что-то пробормотал, чего я не расслышал. Денис вышел первым. Коган — за ним. Дверь кафе хлопнула.

Я повернулся к Марине. Та сидела, прижав ладони к столу.

— Алексей, — она заговорила тихо, — спасибо.

— Не за что. Вы сами справились.

— Нет. Ты сделал больше. Ты приехал. Ты позвонил Когану. Ты заставил его приехать и сказать это при свидетелях!

Вера встала.

— Я тоже свидетель. Если понадобится — подтверждаю.

Марина кивнула. Я допил кофе.

— Марина. — Я посмотрел на неё. — Я должен спросить. Вы будете работать со мной?

— Как?

— Постоянно — не предлагаю. У меня маленькая практика, я не могу взять вас в штат. Но если вы готовы подтвердить свои действия, представить акт и участвовать в клиентской сверке — я оплачу это как отдельное поручение. И если в будущем появится возможность — обсудим постоянное сотрудничество.

Марина подумала.

— Я согласна. Отдельное поручение — нормально. Но сначала согласуй это с Рудневой. Я не хочу «постоянной» работы у тебя, пока не пойму, как у тебя всё устроено.

— Разумно.

— И ещё. Если понадобится — я могу работать с тобой отдельно. По конкретным делам.

— Договорились.

Марина встала. Собрала папку, убрала ноутбук в сумку.

— Я поеду к сестре. Перезвоню вечером.

— Адрес сестры Коган знает?

— Нет. Он про неё и не слышал.

— Хорошо. Напишите мне, как доедете. А завтра в десять — ко мне в офис: оформим ваши объяснения письменно, с датой и подписью. И, Марина, если Коган снова попытается…

— Я позвоню. Тебе или в полицию. Как ты сказал.

Она кивнула Вере, мне — и вышла. Мы с Верой остались одни.

— Ну? — Вера посмотрела на меня. — Что дальше?

— Дальше — звоню Рудневой. Предлагаю ей в четверг разобрать происхождение материалов по актам — лист за листом. И честно говорю, что дальнейшие поручения — после её проверки. Пусть сама решит, кому верить.

— А потом?

— Потом — домой.

Руднева выслушала меня молча и согласилась на четверг без вопросов. А дома я поставил сковородку в мойку. Вера сидела на кухне, болтая ногами. Я достал две тарелки, два бокала, открыл бутылку вина — ту самую, что осталась с пятницы.

— Лёш. — Она взяла бокал. — По клинике. Заключение у меня почти готово, к понедельнику успею. Но после сегодняшнего Руднева будет читать его другими глазами.

— Будет. Поэтому в понедельник заключение сначала ложится ко мне на стол. А в четверг — встреча с ней и Зинаидой Павловной: твоя схема платежей плюс разбор происхождения материалов. Акт за актом.

— Хорошо. Подготовлю.

— И Костров. Вопросы ему ушли в пятницу. Жду ответа. Если подтвердит, что оба задания ему ставил один и тот же человек, — будет основание для запроса в суд.

Вера кивнула. Я разлил вино. Мы чокнулись.

— За команду, — сказала она.

— За команду.

Потом мы просто молча пили, думая каждый о своём… Затем пришла доставка, мы так же молча поели, а после Вера встала, подошла ко мне и положила ладони мне на плечи.

— Лёш. — Она наклонилась к самому уху. — Я рада, что поехала с тобой сегодня.

— Я тоже.

— И… спасибо за мамин пирог.

Я поднялся, развернулся и обнял её за талию. Мы стояли на кухне, в тишине. Я думал о том, что день, который так хорошо начался у мамы и так скверно продолжился — звонком Марины, Коганом, угрозами, — всё-таки закончился хорошо. Потому что рядом был человек, которому я мог доверять.