Книга Юрист с Рублёвки. Том 4, страница 110 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Вы проверяли — все ли платежи, которые прошли через «МедСервис-Фарм», были отражены в бухгалтерии клиники? Или были платежи, которые миновали официальную отчётность?

Зинаида Павловна посмотрела на Рудневу. Та кивнула.

— Были, — сказала Зинаида Павловна. — Не все платежи отражены как нужно. Часть ушла переводами на личный счёт Гурьева — это видно по выпискам клиники. Я обнаружила это, когда начала их проверять после его увольнения. Куда деньги пошли дальше — не знаю.

— Можете подготовить список?

— Могу. К среде следующей недели.

— Хорошо. Спасибо.

Вера кивнула. Я видел, что она уже строит в голове схему. Платежи — официальные и неофициальные. Через счета Гурьева. Через «МедСервис-Фарм». Через «ФармЛогик». И где-то в этой схеме — Лебедев.

Встреча закончилась. Руднева уехала. Зинаида Павловна — с ней. Марина задержалась у двери.

— Алексей, — она сказала тихо. — Спасибо. За всё.

— Не за что. Берегите себя.

— И вы.

Она ушла. Вера стояла у окна. Я подошёл.

— Ну, — сказал я. — Как первое задание?

— Сложное, — она повернулась. — Но интересное.

— Управишься?

— Управлюсь.

— Тогда — за работу. Завтра — Кравченко.

Вера кивнула.

— Лёш, — она положила руку мне на плечо. — Я буду рядом, что бы ни случилось.

— Знаю.

— Тогда — до завтра.

— До завтра.

Она взяла пальто, портфель, вышла. Я стоял у окна и смотрел, как она садится в свой мерседес. Машина уехала. А я стоял у окна и думал: вот, всё, завтра пятница. И, возможно, впервые — прямой разговор о том, кто на кого работает.

В дверь заглянула Нина.

— Алексей Дмитриевич, Кравченко звонил. Подтвердил завтра на три. И просил передать… что будет не один.

«Ну вот. Теперь даже интересно, кого он приведёт».

В пятницу я проснулся в шесть. Будильник звенеть ещё не должен был, но глаза открылись сами, и обратно их закрыть не получалось. За окном было темно, по стеклу стучал дождь. Вера спала рядом — вчера вечером она всё-таки приехала ко мне, сказала, что перед пятницей одна не уснёт. Я смотрел на неё и понимал: ещё чуть-чуть — и всё, это произойдёт. Уж больно долго мы мучили друг друга всякими там ласками.

В общем, я полежал ещё с минуту, потом встал, тихо, чтобы не разбудить, и прошёл на кухню. Включил чайник и сел за стол.

Сегодня была пятница. И в три часа дня Кравченко должен был приехать ко мне в офис. На встречу, которую сам же и назначил. И, как передала Нина, «не один».

Я не знал, кого он приведёт. Мог предположить, что кого-то из младших юристов, для протокола, или кого-то из партнёров. Но после того, что я видел в Барвихе, после Лебедева и Бесчастнова за одним столиком, после Карины Агамян с её метафорами про пожарных, я понимал: Кравченко не сам по себе. Он — часть системы.

Чайник щёлкнул, и когда я налил себе кофе, Вера вышла из спальни в одной футболке. Волосы были растрёпаны, глаза сонные.

— Ты чего так рано?

— Не спится.

— Из-за Кравченко?

— Угу.

Она села напротив, потянулась за моей кружкой, отхлебнула.

— Я с тобой поеду.

— Вер, мы уже обсуждали: я поеду пораньше, ты — как обычно. Всё.

Я приехал в офис без четверти восемь. Машинально подметил, что улица была ещё полупустой — пара машин, женщина с собакой, мусоровоз у соседнего дома.

В офисе было тихо и темно. Я включил свет в приёмной, потом в кабинете. Сел за стол, открыл ноутбук. Потом вспомнил — кофе. Верина кофеварка стояла на тумбочке, рядом с пачкой зёрен. Я включил её, налил воды, засыпал кофе. Машина зашумела, загудела, начала варить.