Онлайн книга «Арлекин, император Луны»
|
— А… — Александра вновь взглянула на коробки. — По какому случаю подарок? — Да ведь у Максима Юрьевича день рождения! — Роман казался ошеломленным. — А вы… Не знали? Художница покачала головой: — Мы не так уж давно знакомы. Не знала… Вот теперь знаю. — А я-то хотел с вами посоветоваться, каждый год дарю одно и то же, — застенчиво признался Роман. — Фантазии вообще нет! Вот когда вы сказали, что картины рисуете, я подумал, что здорово было бы заказать портрет Максима Юрьевича! Он бы обрадовался, как вы думаете? Александра, еле сдерживая рвущийся наружу смех, проговорила: — Он бы совсем не обрадовался, я считаю! Коньяк куда лучше! — Коньяк — это же не на память, — удрученно возразил Роман. — А я хотел, чтобы память осталась… — Послушайте, вы же говорили, что вы краснодеревщик? — припомнила Александра. — Так сделайте ему подарок своими руками! Например, шкатулку для бумаг, как в старину… Максим точно оценит! Понимаете примерно, о чем речь? Роман завел к небу над Волковым переулком небесно-голубые глаза и мечтательно протянул: — Я такую шкатулку могу сделать! Я понял какую. Такую шкатулку Чичиков с собой возил. Александра на миг онемела, а Роман, явно довольный произведенным впечатлением, пояснил: — Я в заключении много книг прочитал в библиотеке! За всю школу, может, всего несколько, а в заключении — чуть не тысячу… Эх, раньше бы это, раньше! Я за день-то не успею такую шкатулку с секретом сделать… — Я подумала сперва, что это вы про книги, — опомнилась художница. — А вы все равно сделайте шкатулку, будут ведь и другие поводы. Вот и подарите! — Спасибо вам огромное! — в голосе маленького человечка звучала такая сердечная благодарность, что Александра ощутила что-то похожее на раскаяние. «Я ведь его чуть не зверем считала, а у него совершенно детская душа… Может быть, это я сама озверела среди картин, если мне простые человеческие чувства кажутся странными. Дни рождения, подарки… Благодарность, готовность помочь… Я ведь потому чуть не купилась на это предложение Марины, на эту интригу с письмами, что уже перестала верить людям!» Вспомнив о своем ответе Ларцеву и о том, что рассказала ей Нина, художница мгновенно помрачнела, что не укрылось от внимания Романа. — А у вас не случилось ничего? — озабоченно спросил он. — Ничего, так… дела! — бросила она, пряча телефон в сумку. — Хорошо, что вы мне сказали про день рождения, что-нибудь придумаю… В отеле планируется какой-то праздник? — Да нет, просто чаепитие. — Роман смущенно переминался с ноги на ногу, явно терзаясь какой-то мыслью, и наконец выпалил: — Вы только не говорите Максиму Юрьевичу, что от меня узнали про день рождения! Раз он сам вам не сказал, может, он не хотел… — Ничего не скажу, не беспокойтесь, — заверила его художница. — Занимайтесь своими делами! — А как вы в отель… Вы ведь приедете сегодня? — Сама, сама! — отмахнулась Александра и двинулась прочь, не оглядываясь. Ей пришла в голову идея, как связаться с Алексеем Рябченко, не привлекая Леру, и она ругала себя за недогадливость. «Любой подросток бы мигом сообразил, как найти его через театр! Что значит, техническая отсталость! — ругала она себя, направляясь в сторону Красной Пресни. — Уж даже если Лера обнаружила след Ватто!» Она зашла в первую попавшуюся кофейню, взяла латте и, устроившись на диванчике в углу, принялась допрашивать свой телефон. |