Книга Арлекин, император Луны, страница 108 – Анна Малышева

— Не надо, — сдавленно ответила Александра. — Мне твоя идея не нравится.

— Саша. — Его пальцы сжались крепче, чуть ощутимо, лицо приблизилось. — Ему ты ответила «да». Почему мне ты отвечаешь «нет»?

Она покачала головой:

— Я сделала ошибку. Я не должна была ничего ему отвечать.

— Как видишь, ошибка пошла во благо. Папка могла попасть не в те руки.

Художница вспомнила взгляд Нины, полный ненависти, и кивнула:

— Пусть так! Теперь папка у тебя в сейфе. Зачем тебе сейчас Ларцев? Или ты думаешь, что он скопировал документы?

Максим тихо рассмеялся:

— Я в этом не сомневаюсь, он же айтишник. Эта публика все копирует. Но там есть расписка моего отца, от руки. Тридцатилетней давности. Значение имеет только подлинник. Он теперь у меня. А с Ларцевым… Мне просто нужно кое-что проговорить, с глазу на глаз. Сделай это для меня, Саша, прошу тебя! И вот тогда история действительно закончится.

Она высвободила руки и откинулась на спинку дивана. Помолчав, достала телефон из кармана ветровки:

— Диктуй.

Через несколько минут она протянула Максиму телефон с набранным письмом. Тот, бегло прочитав, кивнул:

— Отправляй.

— Отправь сам.

Максим коснулся экрана и протянул телефон Александре:

— Я в неоплатном долгу перед тобой.

— Боюсь я твоих неоплатных долгов, — содрогнувшись, она закрыла глаза. — Я правда ужасно замерзла.

— Сейчас, — шепнул Максим.

Через мгновение на ее колени опустился плед. Послышались шаги, шуршание бумаги, чирканье зажигаемой спички. Спустя минуту из кухни донесся звон посуды. Рядом что-то негромко затрещало, раздался тихий гул.

Александра открыла глаза. В камине занималась сложенная растопка. Огонь поднимался все выше, в трубе зашумела тяга. Звонок, раздавшийся в кармане, заставил художницу подскочить на месте. Она торопливо достала телефон.

— Алексей? — спросила Александра, взглянув на экран.

— Да, я, — ответил актер. — Вы не спите еще? Мне перезвонил Дидье.

— Так-так?! — Она подалась вперед, глядя на огонь, пожирающий дрова.

— Он сразу заговорил про дачу и картину. Я перенаправил его к вам, как мы договорились, но он и слышать не хочет!

— Делиться не хочет, — сквозь зубы проговорила Александра.

— Что-что? — переспросил Рябченко и продолжил: — В общем, он настаивает, чтобы мы ехали с ним вдвоем. И он озвучил сумму. Сперва пообещал пятьдесят тысяч. Когда я отказался, он запсиховал и предложил сто.

— Вот гад!

— Точно. — На этот раз актер расслышал. — Я его послал, и он сразу ляпнул двести!

— И что?!

— И все, я его послал и заблокировал, как мы договорились. Так что теперь он будет звонить вам. Не объявился еще?

— Пока молчит. — Александра не сводила взгляда с пламени. — Спасибо вам… Должна признаться, я в вас сильно ошиблась. Вы, как говорится, хороший парень.

Актер не без самодовольства рассмеялся:

— Так и есть! Шучу. А если услуга за услугу? Не поможете мне все-таки связаться с Людмилой Сергеевной?

— Алексей, не смогу… — вздохнула художница. — Понимаете, она вас боится!

— Господи, да почему?! — простонал актер. — Она боялась своих поганых родственников, старости, болезней, интриг в театре… Да чего угодно! Только не меня! Я и Татьяна, мы были самыми близкими ей людьми!

— Татьяну она тоже прогнала, — напомнила Александра.

— Да, я был поражен, когда узнал.