Книга Арлекин, император Луны, страница 104 – Анна Малышева

— Алексей, я ни в чем вас не обвиняю, я прошу помочь! — Александра тоже повысила голос. — Дидье пропал, вот уже сутки о нем ничего не известно, он не отвечает на звонки. И еще случилось кое-что нехорошее. Пропала крупная сумма денег в доме, где остановился Дидье. Четверть миллиона рублей.

После паузы, когда актер снова заговорил, в его голосе появились плаксивые нотки:

— Нет, ну ничего себе… То есть ваш знакомый взял деньги, а вы сразу звоните мне?! Почему вы в полицию не обратитесь?

— Дойдет и до полиции, — пообещала художница. — Но он жил у старого приятеля, а тот хочет покончить дело миром. Он тоже коллекционер и понимает, что в погоне за редким приобретением можно потерять голову. Переступить красную линию, так сказать. Он готов забыть и простить. Просто я хочу, чтобы вы знали — если Дидье предлагал вам деньги, эти деньги он украл.

— Ф-фу… — раздалось в трубке. После долгого тягостного молчания Рябченко неохотно произнес: — Да, был такой разговор. Он звонил.

— Когда?!

— Вчера. Три раза. Задергал меня, уже хотел его заблокировать. Какой-то маньяк, все талдычил об этой картине с осликом, даже точные размеры называл. Да, я припомнил, что видел такую картину на даче. Он аж заскулил, когда услышал! Умолял поехать туда вместе и проверить. Не брать картину, а просто посмотреть.

— И вы?.. — Александра вспомнила несмятую высокую траву на дачном участке, входную дверь, заросшую паутиной.

— Я, само собой, сказал, что не поеду туда без согласия Людмилы Сергеевны! — возмущенно ответил Рябченко. — Вообще не понимаю, откуда у людей сразу берется установка на то, что мне можно предложить уголовщину? Это у меня на лице написано, что ли?!

— Просто вы похожи на плохого парня, — попытавшись принять шутливый тон, сказала Александра. — На молодого Марлона Брандо, как вам Людмила Сергеевна говорила. Так вы туда не ездили?

Упоминание о благодетельнице произвело смягчающий эффект. Теперь актер заговорил доверительно:

— Вы же понимаете, это криминал в чистом виде, и я отказался! Два раза он мне звонил, и я два раза отказывался. А в третий раз, уже чуть не ночью, снова позвонил и предложил мне денег, если я его туда отвезу.

— Сколько?!

— Он не успел сказать. Я даже договорить ему не дал, сказал, что уже сплю. Что сам ему позвоню завтра. То есть уже сегодня.

Александра слегка задохнулась, и не сразу смогла произнести:

— Вы… Звонили ему сегодня?

— Конечно, нет! — возмущенно ответил Рябченко. — Ехать в глухомань с каким-то психом, который за эту картину того гляди зарежет?! Что это за картина такая? Вы хоть знаете?

— Не знаю, — пробормотала Александра. — Пока не знаю. Кстати, сегодня я ездила на дачу с Лерой. Искать эту самую картину. И ничего не нашла.

— Вот оно как… — озадаченно протянул Рябченко. — Ну, вообще-то, картина была. Во всяком случае, осенью я ее видел. Осенью я был на даче у Людмилы Сергеевны в последний раз. Помогал яблоки собирать. Их там мало, но они вкусные…

— Но вы говорили, что не уверены насчет картины, — напомнила художница.

— Да, не был уверен, но этот Дидье столько раз описал ее, во всех подробностях, что я вспомнил. Она мне примелькалась просто, понимаете? Висела на виду. Такая вещь, к которой привыкаешь и уже не обращаешь внимания.

— В мансарде? — уточнила Александра.