Онлайн книга «Красный гаолян»
|
— Дурень старый, мы ж у тебя его покупаем! Старик обеими руками разорвал сверток и несколько раз вонзил редкие длинные зубы в купюры со всадником на тигре, не переставая ругаться: — Ах вы, злодеи! Даже император никогда не отнимал гробы, приготовленные при жизни… Разбойники! Командир конного отряда прикрикнул на него: — Дурень ты старый! Слушай, сейчас нужно японцам сопротивляться да родину спасать, у всех есть такая обязанность, а ты, осел, найди несколько гаоляновых стеблей да сплети циновку, если тебя в ней похоронят, и то неплохо. Разве ж ты достоин такого гроба? Надо отдать его тому, кто геройски сражался с японцами! — И кто же этот герой? – поинтересовался старик. — Первая супруга командира Юя, нынешнего нашего замначальника! Старик заахал-заохал: — Не будет вам прощенья ни от земли, ни от неба! Чтоб в моем пристанище почивала баба! Мне тогда и жизнь не мила! Старик нагнулся и с размаху врезался головой в край гроба, отчего раздался глухой удар. Отец увидел, как тонкая длинная шея старика словно бы сложилась, и расплющенная голова теперь торчала между двух приподнятых костлявых плеч… Отец вспомнил два белых кустика, торчавших из круглых ноздрей старика, и выпирающий, словно ямб, в окружении редких седых волос подбородок, и в душе вдруг молнией сверкнуло мрачное подозрение. Отцу не терпелось поделиться им с дедушкой, но, взглянув на его лицо мрачнее тучи, он решил похоронить догадку в глубине сердца. Дедушка держал раненую правую руку на перевязи из черного полотнища, перекинутого через шею, исхудалое лицо покрывала сетка усталых морщин. Командир конницы с тонкими бровями отошел от лошадей и о чем-то спросил дедушку. Отец, стоя у входа в свой шалаш, услышал ответ дедушки: — Пятый Заваруха, не мне тебе объяснять, иди уже! Отец увидел, что дедушка бросил на командира конного отряда по прозвищу Пятый Заваруха многозначительный взгляд, а тот в ответ кивнул и пошел к лошадям. Из соседнего шалаша вышел Черное Око. Он встал перед Пятым Заварухой, расставив ноги, загородил ему дорогу и сердито поинтересовался: — Куда собрался? Заваруха холодно улыбнулся: — Проедусь верхом с дозором. — Я тебя никуда не отправлял! – рявкнул Черное Око. — Что правда, то правда. К ним подошел дедушка и с горькой усмешкой спросил у Черного Ока: — Ты специально все делаешь поперек меня? — Да мне вообще плевать, я просто так спросил. Дедушка здоровой рукой похлопал Черное Око по широкому мощному плечу: — Ее похороны и тебя тоже касаются. Давай все разногласия уладим после, а? Черное Око ничего не сказал, лишь пожал тем плечом, по которому похлопывал дедушка, и принялся распекать зевак, которые собрались вдалеке и внимательно наблюдали за ними. — Подальше встаньте! Мать вашу! Хотите раньше срока надеть траурные шапки? Пятый Заваруха встал под ивами, к которым привязали коней, достал из-за пазухи желтый свисток, трижды свистнул, и из ближайших шалашей повыскакивали пятьдесят бойцов тайного братства и оседлали своих коней. Кони взволнованно фыркали. На изогнутых ивовых стволах виднелись белые участки с обгрызенной ими корой. Все пятьдесят бойцов, крепкие как на подбор, были вооружены легким оружием: в руках каждый держал саблю тонкой работы, а за их спинами болтались японские карабины. У Пятого Заварухи и четырех самых здоровых парней карабинов не было, зато на шеях висели пистолеты-пулеметы, изготовленные в России. Они уселись на коней, сначала скучились, а потом выстроились в два аккуратных ряда. Кони проворно перебирали копытами и бежали рысцой в сторону дороги, что вела от деревни и дальше через мост. Разноцветные щетки над копытами развевались на утреннем ветру, а подковы отливали серебром. Члены «Железного братства» ритмично подпрыгивали в вытертых до блеска черных седлах. Впереди отряда ехал Пятый Заваруха с четырьмя здоровяками. Улеглось нестройное эхо от топота копыт, и на глазах у отца конный отряд уплыл вдаль, словно густая темная туча. |