Онлайн книга «Красный гаолян»
|
Дедушка сказал: — Черное Око, ты не боишься потерять авторитет в присутствии стольких братьев? На лице дедушки застыла холодная улыбка, в уголках рта появились две жестоких вертикальных морщины. Черное Око засунул руку за пояс, нащупал пистолет, затем уставшим голосом издал странное ржание и процедил: — Да пошел бы ты знаешь куда?! Забирай своего щенка и катитесь оба… Дедушка усмехнулся: — Легко пригласить божество, да сложно его выпроводить[97]. Черное Око вытащил пистолет и нетвердой рукой прицелился в дедушку. Дедушка взял чарку, сделал глоток вина, надул щеки, прополоскал рот, а потом вытянул шею и выплюнул прямо в лицо Черному Оку. Резкий взмах руки – и зеленая фарфоровая чарка размером с куриное яйцо ударилась о маузер Черного Ока и со звоном разбилась, а осколки разлетелись по полу. Рука Черного Ока задрожала, и он опустил оружие. — Убери пистолет-то, – железным тоном приказал дедушка. – Ты еще не рассчитался со мной по одному старому счету, так что не буянь мне тут. Лицо Черного Ока покрылось испариной, он что-то пробормотал, потом сунул пистолет за пояс из бычьей кожи и вернулся на место. Дедушка с презрением посмотрел на него, а Черное Око ответил дедушке злым взглядом. Все это время на лице лекаря сохранялось пренебрежительное выражение. Внезапно он захохотал как сумасшедший, раскачиваясь взад-вперед и размахивая руками, словно кто-то изо всех сил щекотал его под мышками. От этого странного гогота всем присутствующим стало не по себе, они не находили себе места. А лекарь продолжал дико хохотать, и из его воспаленных глаз хлынули слезы. Черное Око не выдержал: — Что ты ржешь, мать твою? Что ржешь? Смех лекаря молниеносно смолк, он серьезно спросил: — Мою мать? А сможешь? Матушка-то моя давно покойница, в черной земле вот уже десять годков лежит. Туда отправишься? Черное Око прикусил язык, родимое пятно вокруг глаза стало зеленым, словно лист на дереве. Он перепрыгнул через стол и начал осыпать лекаря тумаками. Нос у лекаря съехал на сторону, и два кровавых ручейка побежали по торчащим из ноздрей черным кустикам, падая на нижнюю губу и выпирающий, будто ямб[98], подбородок. Лекарь радостно облизнулся, и фарфоровые зубы окрасились кровью. — Кто тебя послал? — А где мой мул? – Лекарь вытянул шею, словно бы сглатывая кровь. – Куда вы моего мула дели? — Ну точно японский шпион! – воскликнул Черное Око. – Дайте-ка плетку, сейчас мы этому сукиному сыну наваляем! — Мой мул! Верните мула! Верните… – закричал в панике лекарь и метнулся к выходу, однако двое членов братства схватили его за плечо. Лекарь начал бешено вырываться, и тогда один из парней дал ему кулаком по виску со всей дури, шея хрустнула, как гаоляновый стебель, голова повисла, тело обмякло и опустилось на землю. — Обыщите его! – приказал дедушка. Члены братства обшарили каждый шов на его одежде и нашли два стеклянных шарика, похожих на те, какими играют дети. Один изумрудно-зеленый, а второй ярко-алый. В центре каждого шарика был пузырек в форме кошачьего глаза. Дедушка взял шарик и посмотрел на свет – шарик преломлял лучи так, что получалась радуга, очень яркая. Дедушка с недоумением покачал головой и положил шарики на стол. Отец проскользнул к столу и забрал их себе, но дедушка велел: |