Онлайн книга «Смерть пахнет сандалом»
|
Но секретарь по судебным делам, выполняющий обязанности судьи, и цзюйжэнь Шань ходили взад-вперед между бочонками, сравнивали обстановку и там, и здесь, и на их лицах разливалась радость. Для толпы секретарь громко выкрикивал: — Кто из зрителей хочет посмотреть поближе, выходите вперед! Перешагнув через скамейку, Сунь Мэйнян проскользнула на пару шагов вперед и очутилась перед уездным. Она не поднимала головы, но ей были ясно видны кончик его толстой косы, глубокий спинной желоб, белокожие крылья ушей. Губы пересохли, жадная мысль терзала душу, как мелкая букашка. Как хотелось нагнуться и сразу исцеловать все его тело нежными губами, но позволить себе такое ей не хватило смелости. В душе поднималось чувство, гораздо более глубокое, чем страдание. Несколько тяжелых слез капнуло на ладную шею уездного. Из бочки исходил слабый аромат. Борода начальника, волосок к волоску, отвесно свешивалась в воде, как раскинувшее корни водяное растение. Невозможно было отойти от него, но советник с цзюйжэнем настояли, чтобы она задержалась и у бочонка Сунь Бина. У того борода тоже вся была погружена в воду и тоже смахивала на водяное растение со множеством корней. Советник указал на плавающие на поверхности волосы с проседью: — Видела, тетушка? Вот и скажи всем по справедливости! То, что мы говорим, не считается, в зачет пойдут твои слова. Говори, кто проиграл, кто победил. Поколебавшись, Сунь Мэйнян глянула на раскрасневшееся лицо отца и в его красные – вот-вот кровь брызнет! – глаза. В них она прочла, что он на нее рассчитывает. Но следом она посмотрела в полные чувств, выразительные глаза уездного. Казалось, рот связало чем-то липким и густым. Советник с цзюйжэнем не отставали, и она со слезами в голосе произнесла: — Начальник выиграл, а отец проиграл… Две головы разом выскочили из бочонков, по мокрым бородам стекала вода. Обладатели бород помотали ими, и во все стороны дождем полетели капли. Они посмотрели друг на друга. Сунь Бин, вытаращив глаза и разинув рот, тяжело переводил дыхание. Начальник был безмятежен и невозмутим. — У тебя, Сунь Бин, есть что сказать? – со смешком проговорил уездный. Губы Сунь Бина дрожали, но он не произнес ни слова. — Согласно уговору, Сунь Бин, ты должен выщипать себе всю бороду! — Ну что, Сунь Бин, завязал узелок на память? Не дерзнешь теперь всякую околесицу нести? Сунь Бин двумя руками поглаживал бороду и, задрав голову, вздохнул: — О-хо-хо, выдергивай давай эти нити заблуждений и страданий! – Тут он напрягся и выдрал себе целый клочок бороды. Швырнул его на землю, с подбородка покатились капельки алой крови. Когда он ухватил еще кусок и собрался выдрать и его, Сунь Мэйнян, вся в слезах, рухнула на колени перед уездным. Прелестная женщина, она не могла не вызывать восхищения. Глядя на него, она чарующим голосом взмолилась: — Пощади моего батюшку, начальник… Уездный прищурился, на лице отразилось некоторое изумление, а вроде бы даже радость, а больше всего – растроганность, губы шевельнулись, и он то ли произнес вслух, то ли нет: — Это ты… — Встань, дочка. – Из глаз Сунь Бина брызнули слезы, и он негромко добавил: – Не надо никого просить… Начальник Цянь сначала растерялся, потом открыто рассмеялся. А отсмеявшись, сказал: — Вы считаете, я действительно хочу, чтобы Сунь Бин выщипал бороду? Он сегодня хоть и проиграл, таких прекрасных бород, как у него, в Поднебесной немного найдется. Он сам желает это сделать, а мне этого не хочется! Цель сегодняшнего состязания, во-первых, умерить его заносчивость, а во-вторых, добавить вам всем радости. Сунь Бин, я признаю тебя невиновным, носи свою бороду и исполняй свои прекрасные арии! |