Книга Смерть пахнет сандалом, страница 191 – Мо Янь

— Подлая дрянь! – ругался ваш дядюшка. – Как только осмелился ты вытворить такое!

Вы же решительно стояли на своем:

— Не гневайтесь, дядюшка, ваше превосходительство. Когда разбойники убивают людей, то это плохо. А вот когда людей казнят, то это верность государству. Вашему глупому племяннику хочется на поле боя, а такого нынче и нет. Вот и приходится закалять свою смелость на месте казни! – Ваш дядюшка еще продолжал рычать, но мы поняли, что он уже смотрел на вас совсем другими глазами…

— Ты, старина Чжао, человек неглупый, – усмехнулся его превосходительство Юань. – Ты не можешь не помнить меня, ты боишься, что я стану осуждать тебя. На самом деле я не считаю это злодеянием. Когда я, следуя указаниям дядюшки, читал книги в управе министерства наказаний, я глубоко и основательно изучил ремесло палача и многому научился. Участие вместе с вами в казни тем более позволило мне обрести особое отношение к человеческой жизни. Этот незабываемый период жизни оказал на меня огромное влияние. И я хочу пригласить тебя на работу к себе в знак благодарности.

Я без конца отбивал земные поклоны и благодарил. Его превосходительство Юань сказал:

— Вставай, повремени с возвращением в Пекин, возможно, нас с тобой еще ждут многие приятные сюрпризы.

Весть о том, что после успешной казни в Тяньцзине я удостоился теплой встречи у Юань Шикая, подобно камню, брошенному в пруд, подняла во дворе министерства наказаний целую волну. Знакомые на улице поглядывали на меня как-то необычно, я видел в их глазах зависть, но и преклонение перед моими заслугами. Даже спешившие на службу помощники с тюками сложенной одежды при виде меня кланялись в молчаливом приветствии. Это говорило о том, что даже эти прошедшие по обоим спискам сановники выказывали мне особый почет. В такой ситуации сказать, что я в душе был недоволен, было бы неправдой, сказать, что я голову терял от радости, тоже было бы преувеличением. Я всю жизнь обретался в управе и разбирался, где глубоко, где мелко, когда огонь пылает, а когда тлеет. Понимал, что самым высоким деревьям до неба не дотянуться, людям с самым высоким положением до гор далеко, а прихвостню, как бы он ни возвышался, следует прислушиваться к распоряжениям хозяина. На другой день после возвращения в столицу меня принял у себя заместитель министра наказаний, его превосходительство Тун. Присутствовал и сановник Сунь, который ведал тюремными делами. Тун расспрашивал меня о том, как происходила казнь в Тяньцзине, спрашивал во всех подробностях, не опуская мелочей. Я по порядку отвечал. Он интересовался вооружением и подготовкой новых войск из Сяочжаня, спрашивал, как экипированы солдаты, какого цвета у них форма, какая там погода и каково состояние воды в реке Хайхэ, и, наконец, когда спрашивать было больше нечего, поинтересовался, как выглядит его превосходительство Юань. Я сказал, что очень хорошо, на лице румянец, как колокольная медь, заметил, что недостойный своими глазами видел, как он за один присест съел яичницу из шести яиц, большую пампушку и целую миску жидкой пшенной каши.