Книга Тринадцатый шаг, страница 186 – Мо Янь

— Да, из города.

— А где лучше – в городе или в деревне? На твой взгляд.

Я не могу ответить на этот вопрос.

— С рассветом наступит мой день рождения, – печально говорит она. – Догадаешься, сколько мне? Девятнадцать лет!

Старик косо на нее смотрит. Тут же звучит стук в дверь.

Девушка вскакивает и идет открывать.

Влетает порыв холодного воздуха. В дверях появляется молодой человек худощавого телосложения, с тонкими губами, тонкой переносицей и черными глазами, за спиной у него выпячивается раздутый тюк.

— Вот же ночной гуляка! – говорит она, прикрыв дверь и упираясь спиной в створку.

— Батюшка! – Парень гнет спину перед стариком, совершая малый поклон со сложенными у груди руками.

— А вот и ты, Теню!^[121] – отзывается старик. – Присаживайся, дочка, подлей братцу Теню вина.

— А у тебя у самого руки отсохли? Почему это я должна ему вино лить? – сердито бросает она.

— Вот так дитя, чем дальше, тем меньше почтения! – вздыхает старик.

Теню холодно улыбается, снимает с себя тюк, сам наливает себе вина и с громким хлюпом выпивает его.

— Как торговля в последнее время? – интересуется старик.

Теню окидывает взором учителя физики.

— У нас гостит попавший в беду почтальон, – поясняет старик.

— Нет, я – учитель физики в городской средней школе № 8.

— Эге, так Вы у нас наставник, – восклицает старик, – школьные учителя – достойные люди.

— Батюшка, в этом году я в своем деле не достиг успехов, я объехал несколько старых приятелей на правобережье Янцзы, думал с ними вместе податься в оба Гуана^[122], и невдомек мне было, что у кого-то сплошная невезуха, у кого-то увертки на любые предложения, у кого-то теперь жены и дети, былую решимость всем им дочиста смыло ветрами и дождями. – Он подливает себе еще вина и охает. – Когда-то нам в спину дул весенний ветер, а теперь, когда он всех нас разнес по Поднебесной, все наши мечты обернулись пшиком.

С полными скорби глазами старик угрюмо заявляет:

— Во всей Поднебесной не бывает нескончаемых пиров – вот в чем закавыка. Сколько в нашей истории непревзойденных героев, и все как один в итоге теряли голову. Сердце у меня давно как сбоит. Да и тебе нет надобности упрямствовать, погодя с дочкой моей породнишься и будешь вместе с нами коротать дни, умерщвляя волов.

— Не пойду я за него! – У дочки по лицу идут красные облачка, невнятно бормочет она: – Не получила я с него еще то, что он мне обещал!

Парень достает из-за пазухи красный сверток, разворачивает его слой за слоем, открывая пару блестящих золотых браслетов. Обеими руками преподносит он их девушке со словами:

— Со следующим солнцем у сестрицы день рождения, эти золотые браслеты, считай, подарок от братца на праздник.

Девушка принимает браслеты, надевает их на запястья, показывает старику:

— Батя, красивые же?

Молодой человек развязывает тюк – И уже на половине развязывания учитель физики учуял запах, от которого волосы встают дыбом. Он замечает, как у того самого черного пса шерсть поднимается торчком, встает пес и тихо скул-скулит – Показывается из тюка громадная тигриная шкура. Черный пес трясется всем телом, ной-ноет, точно его зубная боль прихватила, пятится к дровам и с-с-сыт под себя.

Молодой человек расстилает тигриную шкуру на подстилке и говорит:

— Батюшка, Теню нечем было отблагодарить Вас за неустанную заботу, вот он и достал эту шкуру, чтобы Вам было мягче спать, так проявлю я хоть капельку почтения к старшим.