Книга Чесночные баллады, страница 109 – Мо Янь

— Мы обдумаем ваше предложение, – проговорил начальник. – Доктор Сун, вы в амбулатории подберите средство и потравите нам вошь.

— У нас в медпункте всего три человека, где нам найти время на то, чтобы травить вошь в стольких камерах? – Говоря это, доктор Сун вытащила из подмышки Гао Яна градусник и поднесла его к свету. Врач резко втянула в себя воздух.

Доктор Сун подтащила к себе кожаную сумку, открыла ее, достала какой-то инструмент, обернула его вокруг шеи, нет, вставила себе в уши. Она крепко ухватилась за железный кругляшок, соединявшийся с постоянно подрагивавшей резиновой трубкой цвета абрикоса. Врач склонилась над Гао Яном, ее крупное белое лицо нависло над его лицом. Он уловил сбивающий с толку аромат. Блестящий железный кругляшок двигался у него по груди. Гао Ян чувствовал давление, но давление это было ему в радость. Он заведомо знал, что до конца жизни не забудет это мгновение.

Пускай сгину я прямо в этой камере – с меня и этого будет довольно! Такая высокопоставленная дама потрогала мне лоб, почти что припала к моему лицу, ощутил я ее приятный запах, при каждом повороте вижу я внизу шеи белую, как рисовая лепешка, кожу. Чего еще человеку желать от жизни?

Доктор вытянула руку, ласково похлопала его и сказала:

— Повернись на бок!

Гао Ян заметил у нее в руках стеклянную трубку с коричневыми делениями, внутри переливалась золотистая жидкость, на конце длинная серебристая игла. Гао Ян послушно повернулся на бок. Ее пальцы, такие мягкие и нежные, прохладные пальцы, как же они хороши! Пальцы ухватили край его штанов и резко потянули вниз. Ягодицы обнажились. Холодный воздух ударил в зад, отчего все мышцы сразу напряглись. Еще сильный холод на левой ягодице. Врач ваткой протирала ее.

— Расслабься! – строго сказала доктор. – Расслабь мышцы! Чего ты боишься? Тебе никогда уколы не делали? – Она хлопнула его по ягодице и добавила: – Если ты будешь так напрягаться, то как я тебя уколю?

«Нечего сказать, достойно же я себя показал! Ох как достойно! Такая высокопоставленная особа не брезгует мной. Чистой рукой по попе шлепнула! Умереть прямо здесь – и совсем не обидно!»

Врач двумя пальцами легонько ткнула в ягодицу.

— Что у тебя с ногами? Почему так опухли?

Мысли Гао Яна унеслись к ногам, он стал задыхаться от привалившего ему счастья и не нашел в себе сил ответить на расспросы.

Врач снова хлопнула его по попе, и попу точно коварной пчелой ужалило. Она всадила иглу еще глубже. Гао Ян слышал сопение доктора, чувствовал, как ее пальчики крючочками цепляются за кожу, как с Небес свалилась за всю жизнь не израсходованная огромная нежность, вконец одурманившая ему дух. Он начал всхлипывать.

Он хотел, чтобы эти процедуры продолжались вечность и никогда не кончались, а тюремная врачиха уже вытаскивала иглу.

Собирая аптечку, врачиха поинтересовалась:

— Почему ты плачешь? Это же не так уж больно.

Он ничего не сказал, а про себя угрюмо подумал: «Укол сделала – и теперь уйдет».

Молодой преступник заявил:

— Доктор, а у меня стула нет, может, вы у меня посмотрите там?

Врачиха отозвалась:

— Если нет стула, то пусть он подольше у тебя в пузе держится!

— Докторам не полагается так говорить!

— А как еще говорить с таким бродяжкой, как ты!

— Доктор, не надо так резко со мной, я с вашей дочерью в одном классе учился, у нас с ней даже любовь была!