Книга Ну и шутник же вы, мастер, страница 60 – Мо Янь

Наш учитель Чжу вышел и сказал: «Сан Линь, давай не будем драться здесь, это помешает ученикам заниматься, и давай не сейчас, у меня как раз урок. Давай так: сегодня вечером мы выйдем на гумно производственной бригады, развернемся толком и подеремся как следует, хорошо?» «Хорошо, хорошо, просто отлично! – ответил Сан Линь. – Слова мужика и на четырех конях не догонишь, и назад не воротишь. Не придешь сегодня вечером – быть тебе черепахой!» В тот вечер в небе висел яркий круглый месяц, гумно было залито светом. Я поднял руку и посмотрел – линии на ладони были видны четко-четко, при такой луне можно было спокойно читать, писать, рисовать и вышивать. Культурная жизнь в деревне не отличалась разнообразием, так что почти все жители пришли посмотреть на поединок учителя Чжу с деревенским хулиганом Сан Линем. Мы твердо стояли на стороне учителя Чжу, надеясь, что он победит, надеясь, что он ткнет этого мелкого деспота головой в землю и тот больше никогда ее не поднимет. Большинство деревенских тоже были на стороне учителя Чжу, надеясь, что он убьет хулигана, ну или хотя бы покалечит, избавив деревню от этой напасти.

Но даже у Цинь Хуэя^[26] было три друга, и за Сан Линем тоже ходили три прихвостня. Меня больше всего поражало, что на его стороне оказался мой второй брат, став его верным приспешником. Учитель Чжу пришел очень рано, а Сан Линь все не появлялся. Втайне мы очень боялись за учителя Чжу, а он как ни в чем не бывало болтал с несколькими пожилыми крестьянами о луне. Он сказал, что на луне нет ни воды, ни воздуха и, уж конечно, не может быть никакой Чанъэ^[27] или У Гана^[28]. Крестьяне сказали, что это всего лишь догадки, ведь никто там еще не побывал. Учитель Чжу сказал, что скоро кто-нибудь туда непременно полетит. Крестьяне громко рассмеялись и сказали, что учитель Чжу говорит безумные вещи, не от страха ли перед Сан Линем он спятил! Учитель Чжу сказал, что, возможно, это Сан Линь от страха спятил, раз до сих пор не появляется, и если он в скором времени не появится, то он, учитель, пойдет домой. Как же люди могли позволить ему уйти? Давно уже не было никаких зрелищ, с таким трудом попали хотя бы на это.

Я знал, что те парни пошли на бахчу госхоза Цзяохэ воровать арбузы. Еще вечером они шептались в софоровой роще у реки, обсуждая, что нужно сначала «заправить брюхо» и «обслужить механизм», чтобы потом были силы для боя с учителем Чжу. У них был свой жаргон: прием пищи они называли «заправкой» или «обслуживанием механизма». Помидоры они звали «бычьим ссальником», а арбузы – «разубами». Кто-то сказал: «Быстрее, сходите за Сан Линем, скажите, что учитель Чжу уже заждался. Если он не придет, будем считать, что он проиграл». В этот момент кто-то громко закричал: «Идет!» И действительно, явился Сан Линь. Он топал впереди, за ним следовали мой второй брат, Не-Рыбья голова и Четвертый-Задохлик. В деревне их называли Четыре Чумы. Они пока не смели убивать или поджигать, но постоянно промышляли мелкими кражами. Однажды зимой внезапно пропали два наших больших белых гуся, мы с сестрой обыскали всю деревню, но так и не нашли. И когда мы их искали, мой второй брат прятался за углом и хихикал. Я сказал отцу: «Батя, от домашнего вора не убережешься, думаю, наших гусей Четыре Чумы пустили на “обслуживание механизма”». Отец связал второго брата бечевкой и, раскалив кочергу, стал с пристрастием допрашивать. Брат не выдержал и сознался, что наших гусей они и вправду пустили на «обслуживание механизма». «Негодяй, как же ты не пощадил даже гусей из родного дома?» – спросил отец. «Это и называется бескорыстием», – ответил брат.