Книга Ну и шутник же вы, мастер, страница 170 – Мо Янь

Он подхватил кусок заливного из свиной кожи, из которого торчала очень жесткая щетина.

— Хозяева, хозяева! – закричал он.

Из внутренней комнаты вышла старуха с обсыпанными мукой руками.

— Чего орешь?

Он ткнул палочками в щетину:

— Посмотри-ка, это что?

Пожилая женщина широко раскрыла глаза, посмотрела какое-то время.

— Так свиная щетина же? Чего разорался из-за такого пустяка?

— А ты разве не знаешь? – сказал он. – Если свиной волос попадет в живот, это может быть опасно для жизни!

— Десять лет назад я поссорилась со стариком, – сказала старуха. – В гневе проглотила щетку из свиной щетины, думала, точно умру, в итоге не только не умерла, но еще и вылечила язву желудка!

Меня рассмешили слова старухи, и он тоже рассмеялся вместе со мной.

— Проблема в том, что это не свиная щетина! – сказал он, тыкая палочкой в волосок.

— Если не свиная щетина, то чья? – спросила старуха.

— Чем больше смотрю, тем больше кажется, что это человечий волос, – сказал он.

— Если хочешь здесь поесть, то закрой свой вонючий рот, – сказала старуха. – А если не хочешь, катись к чертовой матери, мне уже сто пятьдесят лет, я открыла пельменную, еще когда матушка-императрица Цыси правила из-за ширмы, и еще ни разу не встречала такого мерзавца, как ты!

Увидев, что старуха разозлилась, он сразу смягчился и улыбнулся:

— Бабушка, бабушка, я пошутил, как же вы могли всерьез разозлиться? Я сразу понял, что вы не обычный человек. Если я не ошибаюсь, пельмени, которые вы лепите, в свое время точно подносили ко двору и ублажали саму вдовствующую императрицу. Отведав их, она непрестанно хвалила. Два оставшихся пельменя ей было жаль выбросить, и она приказала Ли Ляньину^[58]: «Сяо Лицзы, отнеси эти два пельменя Его Величеству императору, пусть съест, пока горячие. Это же пельмени из тигрятины, укрепляют мужскую силу. Пусть император как следует укрепит свою мужскую силу и поскорее подарит нашей великой династии Цин наследника престола!» А Ли Ляньин кланялся и говорил: «Слушаюсь!» – и, взяв два пельменя из тигрятины, бежал в Золотой тронный зал.

От такой лести старушка расплылась в улыбке и сказала:

— Ай да умный мальчик! Откуда ты знаешь все наши семейные секреты?

— От кого бы вы ни скрывались, но от меня вам не утаить! – ответил он. – Хоть я вшивый и в рваной одежде, но я большой знаток. Я уже три месяца кручусь у вашего порога и все про вас знаю. Подумайте сами, если бы я не знал про вас все до мелочей, посмел бы с порога попросить у вас пельменей из тигрятины? Во всем Китае только в вашем заведении смеют продавать такие.

Он поводил палочками по волоску на заливном.

— Посмотрите, что это? Свиная щетина? Нет. Волос быка? Нет. Это стопроцентный тигриный ус! – И пустился в рассуждения о чудесных свойствах тигриного уса: – Чтобы рассказать о чудесных свойствах тигриного уса, нужно начать с той зимы, когда я отведал пельменей из тигрятины у друга. Съев тигрятины, я весь разгорячился, и во мне проснулись звериные инстинкты. Чтобы не натворить бед, мне пришлось пробить лед и нырнуть в реку Хэйлунцзян. Много людей пришло посмотреть на это чудо. Кроме китайцев, пришли и русские с того берега, среди них была русская девушка верхом на тигрице. Невероятно красивая – не сыскать такой ни на небе, ни на земле. Жар моего тела был так велик, что вода в проруби шипела, а клубы пара поднимались к синему небу. Телевизионные репортеры, прослышав об этом, примчались с камерами на плечах, чтобы заснять меня. Пришло и немало газетных журналистов, они фотографировали меня со вспышками. Я не хотел, чтобы меня снимали, но в конце концов позволил им наснимать вдоволь. Вспышка за вспышкой – свет от вспышек ослепил мне глаза. Чтобы защитить глаза, я перестал смотреть в их объективы и уставился на ту русскую девушку и на тигрицу. Та тигрица была очень благонравна. Сначала я боялся, что она будет кусаться, но вскоре понял, что она точно не станет меня есть. Она большим языком облизывала усы, и слезы капали у нее из глаз. Она даже высунула язык и лизнула меня по лицу. Я подумал, что все, хана щекам, но на самом деле щек ни капельки не убыло. Тигрица ласкалась ко мне! Я долго думал и наконец понял: оказывается, тигрица была слепая. Учуяв запах тигра, который шел от меня, она приняла меня за своего самца. Сначала я чуть не умер со страху, а потом был тронут до глубины души. Я протянул руку, погладил тигрицу по голове и сказал: «Тигрица, тигрица, не плачь, не плачь. Твой муж уже давно тебя предал. Когда мы пришли на охоту в его логово, у него как раз было тайное свидание с другой тигрицей. Если бы не это, мы бы не стали стрелять в него и убивать. Он уже давно забыл тебя, и ты совсем напрасно выплакала из-за него глаза». Услышав мои слова, тигрица вся задрожала, словно от малярии, и русская девушка от страха расплакалась. Но ее слезы были бесполезны: тигрица громко зарычала, подпрыгнула на три метра в высоту, грохнулась на лед, дернула несколько раз лапами и издохла. Тут уж всем стало не до меня – все объективы переключились на тигрицу. Самый длинный, толстый и жесткий ус отвалился с ее губы и упал прямо передо мной, и я видел, как он стал погружаться в лед, словно это был раскаленный докрасна золотой слиток. Я смотрел с изумлением, меня осенила догадка, я поднял его и зажал между пальцами, боясь потерять. А с голым задом-то и негде было спрятать – пришлось взять его в рот. И тут случилось невероятное, я увидел самую удивительную картину в мире. Я уверен, что ни один человек с древних времен до наших дней не видел такого. Угадай, что за чудесная картина?