Книга Рождественские желания и ирландские поцелуи, страница 35 – Дебби Джонсон

Я еще блуждаю по лабиринтам воспоминаний, когда дверь бутика вдруг распахивается и на улицу выходит женщина – ну просто само совершенство. Сапоги на шпильке поверх облегающих джинсов, эффектно уложенные рыжие волосы ниспадают на плечи, покрытые шубкой из искусственного меха. Я живу в Нью-Йорке, там таких модниц хватает, но здесь, в Сент-Тильде, она выглядит как инопланетянка. Интересно, кто она такая и когда успела сюда перебраться.

Она запирает магазин и идет в мою сторону, напевая что-то себе под нос – если не ошибаюсь, песню из репертуара One Direction. Потом резко останавливается, заметив меня у пекарни. Что ж, мне не привыкать.

— Господи Иисусе! Элли де Вер, это ты?

Второй раз за день оказываюсь в дурацком положении. Неужели я так мало изменилась? В каком-то смысле это, пожалуй, лестно. Как и в юности, у меня длинные темные волосы, средний рост, обычная фигура. Внутри я совсем другой человек – но снаружи это не слишком заметно.

— Э-э… да, – неуверенно отвечаю я. – Но если я задолжала тебе крупную сумму, то нет.

— Ты должна мне обнимашки! – говорит модница, проворно подбегает ко мне на каблуках и заключает в объятия. От нее восхитительно пахнет – какими-то очень дорогими духами из очень дорогого магазина. Я невольно вдыхаю аромат ее волос, и у меня слегка кружится голова.

— Да это же я, Кара, ты что, не узнала, дурочка! – восклицает она, когда наконец отпускает меня и замечает мой недоумевающий взгляд.

Я гляжу на нее и не верю своим глазам. Этого не может быть. Кара Бирн – младшая сестра Лиама, и она запомнилась мне совсем другой. У Кары Бирн короткие рыжие волосы, жилистые руки, и ходит она в обносках, доставшихся от братьев. Каблуки терпеть не может. В хороший день от нее пахнет дешевым мужским дезодорантом, в плохой – старыми носками.

— Да ладно! – говорю я, не сдерживая улыбки. – Боже мой, что с тобой случилось? Тебя пришельцы похитили?

Она смеется и эффектно встряхивает густой рыжей гривой.

— Именно. И доставили на Планету Тотального Преображения. Думаю, я просто выросла, Элли. Когда ты уехала, мне было лет тринадцать. Вскоре после этого мама решила, что мне нужна собственная комната, бедный папа полез на чердак чинить полы – и вот тогда все и завертелось. Я поняла, что не обязана вечно таскаться с этими хулиганами, что могу спокойно пользоваться душем в школе и покупать бюстгальтер, не боясь, что кто-то из маленьких паразитов украдет его, нацепит на голову и будет носиться по всему дому, изображая летчика из старых фильмов…

— Ты потрясающе выглядишь, Кара. Просто глазам не верю. Сегодня я случайно столкнулась с Шоном – и его тоже не узнала.

— Он просил тебя зайти к маме с папой?

— Просил. Зайду обязательно. Не знаю пока, сколько здесь пробуду, но как-нибудь заскочу. Слышала, вы переехали?

— Да, – говорит Кара. – Вернее, они переехали и очень хорошо устроились. Во-первых, теперь у них больше одной ванной. Во-вторых, спальни обустроены на первом этаже – а то у папы сейчас сильно болят ноги. А я живу с мужем и детьми чуть дальше по побережью. Держу вот этот магазинчик – и без дела не сижу, и деньги зарабатываю.

Я, похоже, не слишком хорошо скрываю удивление, и она легонько бьет меня по плечу. Приятно, что прежняя Кара никуда не делась – она вечно кого-нибудь задирала: братьев, одноклассников, в общем, всех, кто попадался под руку.