Книга Новый год и Рождество. Волшебная история зимнего праздника от древности до наших времён, страница 11 – Валерия Ильина

Эти указания касались прежде всего Москвы (до основания Санкт-Петербурга оставалось еще больше трех лет). И, как видим, царь желал украшать столицу елками именно в честь Нового года, а не в честь Рождества, хотя последнее у нас уже давно отмечалось, притом очень торжественно! А в Европе, где Петр уже бывал, или в московской Немецкой слободе, где молодой царь проводил много времени, елки ставились именно в честь рождественского праздника. Ставили ли тогда у нас елки внутри домов? Нет. Ограничивались укреплением веток или целых деревьев на воротах и иногда на крыльце или оконных наличниках.

Когда Петр умер, о еловых традициях начали понемногу забывать. Хотя не совсем.

— Парамошка, пойдем упадем под елку! – раздается в проулке несвязный крик.

— Отчего ж не упасть? – заплетающимся языком отвечает Парамошка, и два приятеля направляются в кабак. Именно эти заведения в XVIII–XIX веках у нас часто украшали еловыми ветками.

Семья королевы Виктории у рождественской елки. Изображение 1848 года

Пройдет еще несколько десятилетий, прежде чем в России елка прочно займет место рождественского дерева.

В XIX столетии рождественские домашние елки в Европе уже никого не удивляли. Наиболее популярны они были в Германии, потом обычай ставить в доме наряженное деревце перекочевал в Великобританию, считается, что с легкой руки принца Альберта, мужа королевы Виктории. Он происходил из германской Саксен-Кобург-Готской династии, и, наверное, нет ничего удивительного в том, что ему захотелось принести на свою новую родину обычай, давно ставший привычным у него дома.

А в Россию рождественскую еловую традицию принесла супруга Николая I Александра Федоровна. Впрочем, Александрой Федоровной она стала не сразу: урожденная немецкая принцесса первые восемнадцать лет своей жизни именовалась Фредерикой Луизой Шарлоттой Вильгельминой Прусской и лишь перед венчанием с будущим русским императором получила новое имя. Романтичная и кокетливая любительница всего красивого, супруга Николая I с удовольствием занималась устройством зимних садов, оранжерей и очень любила всевозможные семейные праздники. Тем более что над увеличением семьи она изрядно потрудилась, произведя на свет семерых детей. Первые елки по инициативе принцессы были наряжены в царских покоях почти сразу после ее приезда в Россию, и Николай, тогда еще не император, а наследник престола, с удовольствием исполнил этот маленький каприз молодой супруги. А еще через год он уже сам увлеченно участвовал в подготовке рождественских празднеств и украшении рождественского дерева. Именно так (вернее, по-немецки – Weihnachtsbaum) называли тогда елку.

Придворные, заглядывая в главный зал, в котором должно было пройти празднество, восторженно шушукались: ведь елок в семье Николая и Александры Федоровны наряжали не одну и не две, а по числу всех членов семьи, включая сестер, братьев, племянников, – целый еловый лес! И под каждой елкой лежала россыпь роскошных подарков. Несмотря на то что в качестве украшений по-прежнему использовали в основном орехи, фрукты и конфеты, а также самодельные игрушки, выглядели деревца волшебно. Тем более что залы освещались десятками свечей, придававших интерьерам таинственный, сказочный облик.

Кстати, откуда появилась традиция дарить подарки? Да она, собственно, родилась еще в древности: вспомните традицию поздравлять друг друга в Древнем Риме. А жертвоприношения богам – это ведь тоже подарки своего рода! Когда же на смену язычеству пришло христианство, рождественские подарки стали преподносить в память о тех дарах, которые получил от волхвов младенец Иисус.