Книга Галерея Москва. Шедевры знаменитых мастеров на улицах столицы, страница 6 – Виталий Калашников

Внутреннее убранство храма

Внутреннее убранство храма

Особого внимания тут заслуживают изображения на стенах под колокольней придела Иоанна Богослова. Тут в деталях зафиксированы разные сцены из Апокалипсиса. Собственно, с именем этого святого и связаны описания того, что произойдёт перед вторым пришествием Иисуса Христа. Воскрешение мёртвых, всевозможные природные катаклизмы, легендарные четыре всадника, каждый из которых символизирует какое-то бедствие.

К моменту написания этой книги росписи придела нуждаются в серьёзной реставрации.

Кстати, жил и работал Симон Ушаков неподалёку. Рядом с храмом Троицы в Никитниках и сегодня стоят его палаты. До конца своих дней Ушаков считался одним из лучших мастеров Москвы. Он скончался в 1686 году, застав первые шаги эпохи «славных дел Петра», которая круто изменит жизнь страны во всех сферах, разделив историю на до и после.

Ох, как обижались москвичи, когда Пётр I перенёс столицу в Санкт-Петербург! Ведь с той поры всё лучшее в мире моды, скульптуры, архитектуры, живописи полноводной рекой текло именно туда. А Первопрестольная будто осталась на задворках необъятной Российской империи, с завистью поглядывая в сторону слияния Невы с Финским заливом.

Нет, жизнь в городе не остановилась. Тут строились прекрасные дома и даже дворцы, работали талантливые зодчие. Но, к сожалению, того, что принято называть произведениями искусства от именитых мастеров восемнадцатого столетия, на улицах Москвы почти не осталось. Предлагаю собрать самое интересное здесь.

Одной из самых ранних работ в стиле пышного, европеизированного Галантного века, которую каждый может увидеть довольно свободно, – это горельефы в верхней Богоявленской церкви Богоявленского же храма, уж извините за тавтологию, но в Богоявленском же переулке Китай-города. Само здание имеет колоссальную историю. Одно только то, что в XIV веке оно уже было каменным, тогда как Кремль стоял ещё деревянным, – уже достойно удивления и уважения. Проходит время, тот первый храм несколько раз перестраивается и в итоге в конце семнадцатого столетия вырастает над узеньким переулком в виде высокого, нарядного здания. Сооружение восхищает снаружи, а внутри даже приводит в восторг. В частности, своими скульптурами. Их появление принято датировать 1704–1705 годами. То есть установили их спустя восемь лет после строительства и освящения верхнего храма (это было в 1696 году). «Коронование Богоматери», «Рождество Христово» и «Богоявление Господне» – темы сюжетов вполне традиционные в христианстве. А вот их воплощение… Для Москвы, где всё ещё ходили в долгополых кафтанах и носили такие же длинные бороды, – уж слишком смело. Но кто же автор этих абсолютно европейских сюжетов? Не мастера же Оружейной палаты? Тут есть несколько версий. Согласно одной, скульптурные композиции, которые легче представить в католическом храме, нежели в православном, создал швейцарец итальянского происхождения Джованни Мария Фонтана.

Богоявленская церковь

Горельефы церкви

В начале XVIII века через прорубленное Петром Великим окно из Европы к нам начинают ехать иностранные специалисты. Собственно, их стараниями и были построены первые здания новой столицы. Работали они и в Москве. Местная родовитая аристократия деньги имела и ни в какую не хотела отставать от модных тенденций. Так, среди прочих в город приехал Джованни Мария Фонтана. Вероятно, по приглашению самого Меншикова. Ведь как раз для него мастер перестраивает дворец (нынешний Лефортовский) в Немецкой слободе.

Фонтана – в то время известная скульптурно-архитектурная династия. Родной дядя Джованни Карло Фонтана, например, работал в Ватикане для Папы Римского.