Книга Рядом с солью, страница 60 – Кэтрин Ваз

Он слегка покачал головой. Проигнорировав ее вопрос, он сказал:

— Вы спрашивали, почему я в Иллинойсе. Движущим импульсом стало то, что я уехал подальше от своего семейства после разрыва помолвки. Но обычно я отвечаю, что в прериях мало деревьев, поэтому расчистка земли для фермерства практически удваивает стоимость участков за одну ночь. Я предпочитаю вкладывать деньги туда, где они будут множиться.

Уорд разложил ломтики банана, обжаренные в корице. Она попросила воды, и он наполнил стакан из кувшина. Вода из колодца все еще была холодной. Он продолжил:

— Мой отец был гением в спекуляции землей, но он принялся продавать права на не имеющие ценности участки сразу нескольким инвесторам с Востока. Очень немногие из них приезжали. Они просто перепродавали их дальше. Но два инвестора приехали и узнали, что делят между собой один участок песка. Они выследили моего отца и так ужасно его избили, что он умер через неделю. Я унаследовал долю его состояния. Вы смотрите на меня с осуждением, но вы тоже живете на эту часть неправедно нажитого. Он заработал еще больше законным путем, сея и пожиная без обмана. Я порицаю его мошенничество, и поэтому вы можете мне доверять.

Его глаза были красными от недостатка сна или внутреннего волнения, из-за которого он казался самым одиноким человеком на земле.

Она сказала:

— Бананы вкусные.

— Слишком мягкие. – Он улыбнулся, улыбнулась и она. – У нас с вами много общего: мы оба сами по себе и оба не отсюда. Хотя вы росли в любви. Хотите знать, что делали мои родители и братья, когда мне было шесть? Я мочился в постель, и моя мать развешивала простыни у нас во дворе. Когда я перерос это, братья ночью опускали мою руку в кастрюлю с теплой водой, чтобы мое проклятие вернулось. Это лишь одно воспоминание. Я заикался, и насмешки были постоянными. Когда моего отца убили, а у меня появились деньги, я сбежал в Принстон: этот университет был самым далеким и изысканным из всех, что я мог вообразить. Но там мое католичество и мои средства из неприглядных источников – понятия не имею, как раскрылся позор моей семьи, – побуждали студентов издеваться надо мной еще больше. И неважно, как сами промышленники зарабатывают свои деньги. Вспомните, как католики обращались с протестантами там, откуда вы родом, и представьте, что в этой стране все наоборот. Потому что людям нужно кого-то ненавидеть.

Последний кружок банана застывал на ее тарелке, глаза подернулись пеленой.

— Однажды в Принстоне я напился и все время бормотал вариации «никогда больше» или «ни за что», поэтому мне вручили чучело ворона, чтобы я не забывал, как опозорился. Я храню его в своем кабинете как напоминание о том, как люди относятся к тем, кто осмеливается возвыситься. Я поддерживаю ваши стремления, Мэри.

— Вы сказали, что птица – это намек на то, что с вами что-то не так. Но другие студенты были жестоки. Я не понимаю. О птице и «никогда».

— Это из одного стихотворения^[16]. Неважно. Неважно, больше никогда. Кажется, я сказал, что птица олицетворяет то, что показывает меня не в лучшем свете. Забудьте об этом. Давайте сделаем урожай прибыльным и дадим вашему отцу повод еще больше гордиться вами. Я рассчитываю компенсировать свои расходы и не возьму ничего, кроме небольшого процента с продаж. Остальное ваше. – Убирая тарелки, он заметил: – Я выплачу все, что вам причитается, если вы решите двигаться дальше. – Внезапно он сказал, как будто раздраженный: – Спасибо за прекрасный вечер. Я провожу вас до двери.