Книга Рядом с солью, страница 49 – Кэтрин Ваз

Молодой человек показал Мэри веточку с острыми листьями и красными ягодами – новый вид! Она спросила, что это. «Омела, на Рождество. Ее вешают в дверном проеме, и каждый, кто под ней оказывается, должен поцеловаться». Он помахал ею над головой, и Мэри, к собственному изумлению, чмокнула его в щеку. Он сказал: «Это на удачу, потому что на следующей неделе мы с несколькими друзьями отправляемся на Запад искать золото».

Таковы некоторые любовные истории: длятся меньше минуты, но краткость делает их сладкими.

Когда они завернули за последний угол, прежде чем суета Спрингфилда сменилась расширяющимися пространствами и поместьями на просторных участках, путь им преградили двое мужчин, выходящих из таверны. Размахивая бутылкой, один сказал:

— О, посмотрите на этого мексиканского джентльмена с его маленькой невестой, мексиканочкой с приятной светлой кожей.

Мэри ошеломило, что прохожие спешили мимо. Внутри нее вспыхнул гнев, но нужно было позволить папе их прогнать самому. Он прошептал по-португальски: «Не смотри на них».

Второй мужчина подхватил:

— А ты не трус говорить по-мексикански. Вы проиграли ту войну, и я стрелял в таких, как вы. Расплачивайся. – Он протянул грязную лапу.

— Уверен, у него только мексиканские деньги, – сказал другой, потянувшись к кошачьей голове на одной из завязок шляпки Мэри. Папа схватил его за запястье и пронзил его предостерегающим взглядом.

Мужчина отступил с поднятыми руками.

— В духе грядущего рождения нашего Господа, дедушка из Мексики, я прошу прощения.

Папа поторопил Мэри прочь, мужчины заулюлюкали, и один из них крикнул:

— Возвращайся, когда устанешь от стариков, девчонка!

Она приказала себе быть спокойной, чтобы отец перестал дрожать. В коттедже она взяла конверт, который Эдвард прислонил к двери, с их зарплатой и запиской с подсчетами: «1 доллар в день – 6 дней, Огаст Фрейташ: 50 центов в день – 6 дней, Мэри Фрейташ, премия 1 доллар за успехи с ананасом = 10 долларов». Но еще ниже было написано: «Минус 2 доллара за пальто, 1-я неделя из 5 платежей». Их общая зарплата за неделю составила 8 долларов.

Он начал брать с папы плату за пальто, что еще больше испортило день знакомства с омелой. Мэри спрятала записку и положила доллары в копилку. Миртл Джеймисон предупреждала ее: «В наши дни говорят: “Доллар в день – хорошая зарплата”, и ты должна просить именно столько, дорогая». Мистер и миссис Джеймисон платили ей доллар, а папе – два, за каждый рабочий день.

Они поели хлеб с маслом и помидоры из оранжереи. Эдвард внес в декор их дома свою лепту – табличку с выжженным на дереве лозунгом: «Курице крепкий ХРЕБЕТ поможет вернее, чем ДУЖКА».

Папа спросил:

— Что такое дужка, Кэт?

— Fúrcula^[15], пап.

Дернуть за кончик высушенной грудной косточки и надеяться отломить бо́льшую половинку, чтобы сбылось желание, – это суеверие было всеобщим.

— Мы много работаем, – продолжила она, – но мы из расы дужек в стране хребтов, – и они залились смехом, нервным после испуга. Она скрыла от него, что владелец трех участков на Аристокраси-Хилл и нескольких акров во Флориде брал с него плату за пальто. Папа настоял на том, чтобы потратить один доллар на карту Сан-Франциско в качестве рождественского подарка для мистера Мура и оставил ее вместе с открыткой на его крыльце.