Книга 19 лет убийств, страница 76 – На До

— Мы просто поболтаем, я не буду делать записи. Что вспомните, то и говорите, а не вспомните – ничего страшного.

До этого Го Кай несколько раз связывался с Цзинь Хаоляном, а тот все придумывал отговорки, но на этот раз заволновался и не пытался отвертеться. Когда он выслушал Го Кая, лицо его стало жестче и он спросил:

— Неужели Вэнь Сюцзюань действительно убили? Не может быть! Кто мог такое сделать? До меня тогда доходили какие-то слухи…

Го Кай начал его успокаивать:

— Пока трудно сказать, мы просто пытаемся разобраться в обстоятельствах, ведь, как правило, повторное расследование не проводится.

Го Кай обратился к Цзинь Хаоляну, главным образом, из-за информации об одногруппниках Вэнь Сюцзюань. Тот постоянно работал с группой целевиков, заботился обо всем – от учебы до обычной жизни, и если бы заметил, что кто-то действительно ненавидел Вэнь Сюцзюань, то смог бы помочь нащупать ключ к разгадке. Говорить приходилось осторожно, потому что Го Кай раньше соприкасался с уголовными делами о преступлениях, связанных со студентами, и знал, что слишком многое в молодом возрасте происходит без причины; зачастую после того, как какой-нибудь студент совершал что-то ужасное, его преподаватели и однокурсники утверждали, что они ничего не замечали и ни о чем не догадывались. Но, как бы там ни было, понять межличностные связи – это всегда полезно.

Отношения Вэнь Сюцзюань с другими ребятами в начале первого года военной подготовки были очень хорошими, поэтому-то ее и избрали старостой группы. Тогда она получила 10 голосов, против было лишь два: один – ее собственный, а второй, по мнению Цзинь Хаоляна, принадлежал Сы Лин. Но во втором полугодии, когда наступила зима, вслед за погодой ее положение в группе вошло в период заморозков. Несомненно, что-то произошло, но Цзинь Хаолян не знал, что именно, никто ему не докладывал. Казалось, за одну ночь Вэнь Сюцзюань стала персоной нон грата.

— Но она всего лишь стала непопулярной. Все ее немного сторонились, но ни у кого не было ненависти к ней… Я очень чувствителен к настроениям студентов, моя должность – куратор, – говоря по правде, мне подходит. Сильных эмоций не было, это точно.

Но был среди них один человек, Сян Вэй, и вот он относился к Вэнь Сюцзюань так же, как раньше.

Должно быть, она ему нравилась, вспомнил Цзинь Хаолян.

В начале второго курса только он и поддерживал тесную связь с Вэнь Сюцзюань, но так как у него со всеми были хорошие отношения, он изо всех сил пытался примирить ее и других одногруппников, помогал ей в работе старостой. Сначала Цзинь Хаолян даже полагал, что в конце семестра ее не переизберут на эту должность, но неожиданно она еле-еле, но прошла. В тот раз голоса разделились: у Вэнь Сюцзюань и Сян Вэя голосов было поровну, по несколько голосов получили Сы Лин и Чжао Цинь. В итоге Сян Вэй предложил всем оставить Вэнь Сюцзюань старостой, а он будет ей помогать, и все согласились. Во второй половине второго семестра Цзинь Хаолян, по крайней мере внешне, ощущал, что все нормально, но во время семестрового экзамена Вэнь Сюцзюань нанесла самой себе смертельный удар – донесла на Сян Вэя, что он пользуется шпаргалками, в результате чего парня исключили.

— Про ту ситуацию можно сказать, что она повела себя бесчувственно, но она всегда была очень принципиальная и ставила общественные интересы выше личных. Естественно, остальные одногруппники так не думали, особенно после того, как Сян Вэй спрыгнул с крыши.