Книга Книга Блэквелла. Лощина Грешников, страница 15 – Николь Фиорина

— А четвертый?

Между нами оставалось метров пять, когда мужчина в зверином черепе замедлил шаг, и меня пронзил взгляд знакомых серебристых глаз, уверенный и завораживающий. Я задержала дыхание, не в силах отвести собственного взгляда. А потом он отвернулся, и я оказалась на свободе.

— Тот, что в центре? Это Джулиан Блэквелл. Сын Агаты.

Джулиан. Парень со скал.

Они прошли мимо, не обратив на нас никакого внимания. Они шли целенаправленно и уверенно. Их будто бы закрывало щитом – загрубевшим и недосягаемым.

Пальцы Майло сжались на моем плече.

— Они – Грешники Лощины.

У самого входа в Плачущую Лощину, там, впереди, где кладбище усеивали деревья, надгробия и мавзолеи, стоял Похоронный Дом Святого Кристофера. Главную дорогу пересекали заброшенные железнодорожные пути: они уходили за здание и исчезали в лесу.

Сегодня была среда, и я шла за Джоной Святым Кристофером Четвертым по сужающемуся коридору, пока мы не уткнулись в винтовую лестницу. Джона оказался куда моложе, чем я ожидала: на вид лет тридцать пять, в джинсах по размеру и чистой белой рубашке с тонким черным галстуком. И прическа стильная, короткая.

— Твой офис – там, в подвале, – пояснил он, пока мы спускались.

Джона замер на полпути, схватился за изогнутые перила и подергал их.

— Осторожней тут, надо бы починить.

Не успела я сойти с последней ступеньки, как из-за стола вскочила девушка: офисный стул на колесиках прокатился назад и ударился о бетонную стену. Губы девушки растянулись в улыбке.

— О, урашечки! – воскликнула она, подойдя поближе.

На ней были желтые вэнсы, а за ухом виднелась ручка с радужным помпоном. Незнакомка была самым цветастым существом из всех, что я встречала в Плачущей Лощине: под черным рабочим халатом виднелась облегающая водолазка с неоново-желтыми, ярко-розовыми и электро-голубыми полосками. Девушка протянула руку, и ее ярко-красные волосы качнулись в такт движению.

— Мандей Митчелл! А ты, должно быть, Фэллон! И не переживай, – она подалась вперед, но радостный голос не перешел на шепот, – Джона мне вчера рассказал, что ты с семьями дел не ведешь. Тут я тебя помогу!

Джона сунул руки в карманы джинсов.

— Ага, я обрадовался, когда Бенни позвонил. Нам тут лишние руки пригодятся. – Он повернулся к Мандей и кивнул. – Мандей тебе все расскажет. На тебе – одежда, косметика и гробы для ДУ.

Я выгнула бровь и перевела взгляд с Мандей на Джону.

— ДУ?

— Дорогие усопшие, – прошептала Мандей и подмигнула Джоне.

Тот сжал губы в тонкую линию и добавил:

— А еще следи за оборудованием и чистотой в комнате для подготовки. Она наверху.

— Конечно. Звучит здорово. – Я в последний раз оглядела подвал.

Стол Мандей был усыпан фотографиями почивших и походил на алтарь для фигурок, в том числе с качающимися огромными головами. На другом конце подвала стоял пустой стол с древним компьютером, а у задней стены высились двухъярусная кровать и шкаф.

— Это круглосуточная работа, 24/7, по вызову, – напомнил мне Джона.

Будто я раньше этого не делала. Но в последние пять лет я только этим и занималась: похоронными делами. Я знала о поздних сменах, внезапных звонках и случаях, когда приходилось бросать все и мчаться на работу, чтобы позаботиться о покойном.

Джона подошел к столу и поднял какую-то черную штуку.