Книга Неукротимая дьяволица, страница 66 – Луна Пирс

Джун начала помогать, но я ее остановил.

— Нет, позволь мне. Это моя вина, я не должен был подкрадываться. – Я схватил один из осколков и порезался. Игнорируя боль, я продолжил собирать то, что натворил. Хотелось верить, что в жизни все можно было так же собрать по кусочкам, но осколки редко получалось склеить, ведь всегда оставались крошки, которые не собирались с нами мириться.

Кому я вру? Я никогда по-настоящему не пытался починить то, что разбилось. Самый важный человек в моей жизни, а я не решался даже посмотреть ей в глаза, рассказать правду о том, почему меня забрали и куда я исчез. Мне было стыдно. Я думал, что она не поймет, что не простит, что я недостоин. И потому держался в стороне. Уверял себя: ей лучше без меня.

Но, увидев ее вновь, я словно вернулся в те дни. Вспоминал, как она со скромной настойчивостью выбивала щели в моих стенах, а затем украла сердце. Мы были детьми, но чувства были настоящими, о таком снимают фильмы. И никогда больше я не испытывал ничего подобного. Я никогда не давал никакой другой женщине столько, сколько отдал ей. Все тепло, всю преданность той, у кого невероятные глаза и черные как смоль волосы. Той, что была терпелива и добра и не осуждала меня за ночные визиты на могилу матери. Она была сильна и сломлена одновременно, знала, что значит потерять, но готова была отдать сердце, не прося ничего взамен.

Тот день, когда нас разлучили, сломал обоих. Мы разбились на части подобно стеклу, упавшему на асфальт. В тот миг меня поймали за горло обстоятельства, и я превратился в темного, пустого человека, которым являлся и теперь. Именно пустота в груди делала меня тем, кем я был, кто умел жестоко жить и не жалеть.

— Коэн. – Джун взяла меня за руку. – У тебя кровь.

Ее взгляд перенес меня обратно в то лето, которое мы провели вместе. Мы были друзьями с детства, но однажды она позволила себя поцеловать, и все изменилось. А потом – внезапно – она ушла. Я понятия не имел, как это случилось и почему меня не было рядом. До сих пор мне казалось, что я мог все изменить, если бы тогда сумел прорваться к ней, рассказать правду, придумать план, сбежать вместе. Но у нас не было шанса. Мы оба потеряли друг друга, и меня преследовали эти мысли.

— Проблемы? – Старик с метлой появился позади нас, внимательно изучая реакцию Джун.

Поднявшись, она выхватила у него из рук метелку.

— Нет, просто я слегка напугалась. Все под контролем.

Он не отходил, пристально глядя на меня.

— Уверена?

Я не винил его за опеку, наоборот, это лишний раз доказывало, что в ее жизни был человек, который готов оберегать ее от потенциальной угрозы. Он смотрел на меня так потому, что знал, чем я занимаюсь, но он даже не догадывался, что я скорее умру, чем трону ее. Я бы убил любого, кто поднял на нее руку, включая Брайанта и Доминика. Они были мне семьей, каким-то подобием близких людей, но Джун важнее любой преданности.

— Да. Извини, Брэм, вычтешь из моей зарплаты.

Я высунул из кармана зажим с купюрами, вытянув пятьдесят баксов.

— Вот, вроде столько покроет.

— Не стоит, юноша. – Брэм оттолкнул мою руку, указав на Джун. – Если кто и должен получить компенсацию, то она. – Их взгляды встретились. – Если я тебе понадоблюсь, знай, что я передаю заказы. Это не займет много времени.