Книга Неукротимая дьяволица, страница 63 – Луна Пирс

Я вглядывался в нее, проводя взглядом от ран на лице до замотанного запястья и бинтов на руках. И почувствовал, как во мне разгоралась невиданная, острая ярость. Рука сама потянулась к пистолету на поясе, готовая стереть с лица земли того, кто посмел поднять на нее руку. Душа тянулась к ней, желая оберегать, залечивать, заботиться, пока она не восстановится после такой жестокости.

Я прижал ладонь к стеклу, заглянув внутрь закусочной, но она не заметила меня.

Девушка стояла у дальнего столика и принимала заказ у пожилой пары, записывая детали в маленький блокнот. Ее тонкие пальцы крепко сжимали карандаш. Она улыбнулась им и, отойдя, передала лист Брэму. Тот кивнул и прикрепил записку к доске для повара.

Джун махнула левой рукой, как бы разминая затекшие пальцы, и мне захотелось оказаться рядом, хоть чем-то помочь. Сейчас же меня больше тянуло иное: уничтожить причину ее страдания.

Я рванул домой быстрым шагом, не заботясь о том, что был на виду. Когда добрался, пот уже стекал по лбу, а внутри все еще бурлила необузданная ярость.

Я приложил карту к шлагбауму, ворвался по лестнице в дом и, едва перейдя порог, выхватил из-под пиджака пистолет и другой из пояса. Две руки – два ствола.

Войдя на кухню, направил их на своих же товарищей.

— Эй, приятель, что за?.. – воскликнул Хейз, подняв ладони.

— Кто из вас? – спросил я, глядя то на одного, то на другого. – Кто, черт возьми, это сделал?

Дом встал, отодвинув стул. Он потянулся ко мне, но я оттолкнул его, выпрямив дуло в его сторону.

— Клянусь, я вас убью, если не начнете говорить.

У нас в доме было правило не убивать друг друга. Оно, видимо, перестало действовать в тот самый миг, когда кто-то покусился на жизнь Джун.

— Мы не сможем ничего объяснить, если не расскажешь, что случилось, – заметил Дом, сложив руки на груди, раздражение мягко рябило в его взгляде.

— Джун. – Одно только имя раскалило обстановку в доме.

— Что с ней? – фыркнул Хейз, в его голосе слышались собственнические нотки. Похоже, он точно не причинял ей вред.

Я склонил голову набок и направил оба пистолета Доминику в грудь.

— Ты больной ублюдок. – Моя голова кружилась, сердце лихорадило.

Мы сцеплялись раньше, и я никогда не думал, что смогу лишить жизни кого-то из них. Особенно Доминика – он был моим наставником, тем, кто приютил меня и дал шанс, когда все остальные отвернулись. Он верил в меня тогда, когда я сам не верил.

Но сейчас все это казалось неважно. Никто не имел значения, если речь шла о ней.

— Мэгги, – попытался привлечь мое внимание Коэн, – что с Джун?

— Я был у нее на работе, – скрипнул я зубами. – Знаю, что нельзя. Но я просто хотел увидеть ее, убедиться, что она жива.

— И?..

Я опустил взгляд, вспоминая порезы на ее губе и брови, синяк на щеке, повязки на запястье и руках. Тот же неистовый гнев, что пронзил меня тогда, только усилился.

— Кто-то, – я указал левой рукой с пистолетом на Доминика, – ее избил.

Выражение лица Доминика изменилось: руки упали на стол, кулак врезался в дерево, раздался низкий рык.

— Что?!

Либо он был чертовски хорошим актером, либо это действительно не его рук дело. Значит ли это, что кто-то извне добрался до нее? А это уже могло значить многое: у Джун были свои враги, либо же наши соперники могли узнать, насколько она нам дорога, и использовать ее в своих целях. В любом случае для них все плохо кончится, как и для нас. Скорее всего, второй вариант.