Книга Тёмная фея Офелия и песнь ночи, страница 72 – Геза Шварц

Я думал, ты такая же, как все тёмные феи, – мысленно обратился к ней Погг. – Холодная и гордая. Но потом я увидел твои слёзы, твои мечты и сны. Ты очень яркая. Столько цветов я ещё ни у кого не видел. И это просто прекрасно!

Погг улыбнулся, и Офелия невольно улыбнулась в ответ. На прощанье забытые сны помахали им руками. Офелия слышала, как с облегчением выдохнул Август и тихо перевёл дух Тиберий. Погг щёлкнул пальцами – и на них тут же навалилась дремота.

Офелия проснулась. Август и Тиберий рядом с ней тоже медленно приходили в себя. Они удивлённо огляделись, пытаясь понять, где на этот раз очутились. Это была башня камеры-обскуры. Дул лёгкий ветерок, сияли огни города. А прямо перед ними лежал кристалл. В нём что-то блеснуло. Что-то золотистое, очень похожее на силуэт бабочки… или на забытый сон.

— Это ещё что? – хрипло каркнул Тиберий. – Очередной фокус-покус?

Август покачал головой.

— Это проводник. Наш проводник.

— Правда? – Тиберий возбуждённо захлопал крыльями. – И как же он приведёт нас во дворец Адамаса?

Вместо ответа Август протянул к кристаллу руку. Едва он прикоснулся к нему, золотистое мерцание стало ярче. Офелия инстинктивно зажмурилась. Когда же она снова открыла глаза, яркое свечение стало блестящей пылью. Тиберий чихнул три раза подряд и – так и подскочил на месте, когда облако пыли осело.

— А это что такое? – Он с любопытством рассматривал существо, которое робко жалось к земле.

— Кажется, это… – начала Офелия и закончила фразу одновременно с Августом: – Оскар!..

И действительно – это оказался маленький пёсик, очень похожий на Оскара, только он весь был золотым и блестящим. Шерсть его была взъерошена, как будто он проделал долгий и непростой путь, прежде чем добраться до места назначения. Но глаза сияли, как лучи солнца, и он задорно вилял хвостом. Офелия невольно улыбнулась.

А Тиберий снова чихнул.

— Да вы, видать, шутите… Он – наш проводник? И ради этого меня чуть не поджарил сумасшедший арлекин…

Тут Оскар подскочил к ворону и лизнул того прямо в голову. Оторопевший ворон скорее отлетел подальше, а Оскар весело залаял. Тиберий скептически косился на пса.

— И откуда же ты, пёс-следопыт, можешь знать, что именно мы ищем?

— От меня, конечно же, – спокойно ответил Август. Он положил руку Оскару на лоб. Пёс тут же затих и склонил голову, Август закрыл глаза, и под его пальцами что-то блеснуло. Офелия поняла, что он мысленно общается с Оскаром. Наконец Август опустил руку, и Оскар пролаял три раза.

— Хорошо, – кивнул Август. – Отправимся в путь на рассвете.

Оскар лизнул руку Августа. Затем отступил к стене, лёг и закрыл глаза. Изумлённая Офелия наблюдала, как его шерсть медленно очищается от пыли и грязи. Вскоре пёсик дышал спокойно, совсем как больной, который медленно шёл на поправку.

Даже Тиберий подлетел поближе, чтобы понять, что происходит.

— Он что, спит?

Август покачал головой.

— Он отдыхает и ищет след. А как только взойдёт солнце, мы сможем продолжить путь.

— А до этого? Так и будем торчать тут? – угрюмо проворчал Тиберий.

— Но здесь безопасно, – заметила Офелия. – Не думаю, что тени Адамаса будут искать нас так высоко. Да и до рассвета осталось не так уж много времени.

Тиберий недовольно распушил перья.