Книга Рыцарь, женщина и священник. История брака в средневековой Франции, страница 6 – Жорж Дюби

В Клермон не приехал ни один король. Тем не менее там собралось множество епископов, аббатов и высшей знати соседних регионов. Присутствующих достаточно для того, чтобы папа мог воссесть на трон как бы в окружении всей христианской общины, чтобы он мог выступать с позиции верховной власти, занимая место императора в отсутствие каких бы то ни было земных правителей. Слова Урбана II, таким образом, обращены ко всему миру. Он диктует законы, он судит, он наказывает. Самое знаменитое из принятых им тогда решений – призыв к Крестовому походу: все западное рыцарство должно было устремиться на Иерусалим, расчищая дорогу верующим, которые, собравшись у пустого Гроба Господня, будут ожидать там Страшного суда – трансформации, к которой реформа и должна подготовить: возрождению рода человеческого в светоносном сиянии. Эта грандиозная мобилизация затмила еще одно принятое папой решение: отлучение Филиппа, именуемого Первым, короля Франции. Это был первый владыка западных франков, поведение которого церковные власти сочли недостойным настолько, чтобы подвергнуть его такой ужасной каре. Отлучение исключало Филиппа из общины верных – человека, который был поставлен ей руководить; оно навлекало на него гнев небес и грозило ему вечным проклятием, если он не раскается.

На самом деле к этому моменту Филипп был отлучен от Церкви уже как год. 15 октября 1094 г. его осудили 32 епископа, предводительствуемые папским легатом, лионским архиепископом Гуго де Ди. Заодно они отменили решения собора в Реймсе, проведенного недавно под председательством самого короля. Налицо конфликт, противостояние между двумя частями французского королевства: Севера, прочно удерживаемого королем, и Юга, из его хватки ускользающего. Суть этого противостояния прежде всего в непримиримом конфликте между двумя концепциями Церкви: с одной стороны, традиционной – каролингской, помещавшей прелатов во всяком королевстве под эгиду сакрального правителя, выступавшего их собратом и защитником; с другой стороны – новаторской концепции реформаторов, концепции Урбана II, в соответствии с которой преходящее должно было подчиниться вечному, короли – епископам, а те – объединяющему авторитету папы. Внедрить эти новые структуры можно было, лишь сломив волю королей, и для того, чтобы сломить французского монарха, реформаторы прибегли к отлучению: сначала в Отёне, затем в Клермоне.

Акты Клермонского собора утеряны. Принятые на нем решения известны нам благодаря историографам той поры, по годам записывавшим события, представлявшиеся им важными. Почти все они пишут о соборе и почти все при этом упоминают лишь решение о походе в Святую землю: именно это интересует их больше всего. Только некоторые упоминают на полях, что король Франции был осужден, и сообщают о причинах. Мы узнаем, что Филипп I заслужил свои кары не потому, что восстал против Святого престола, подобно другому отлученному суверену, императору Генриху IV. Папа осудил короля за его поведение, а именно за поведение в браке. По словам Сигиберта из Жамблу, он был отлучен за то, что «при живой жене женился еще и на жене другого человека, тоже на тот момент живого». Бернольд Констанцский пишет о том, что, «удалив от себя жену, он связал себя браком с женой своего вассала», и поводом для осуждения называет «неверность». Анналы монастыря Сент-Обан в Анже в число прегрешений Филиппа включают и инцест^[14].