Книга Метамышление. Как нейронауки помогают нам понять себя, страница 17 – Стивен М. Флеминг

Аналогичным образом, мы можем оценить нашу уверенность, чтобы понять, насколько будет полезна новая информация. Если в результате первого броска я получу общее значение 12, то с уверенностью смогу заявить, что на кубике с подвохом выпала тройка. Мне не нужно просить бросить кубик еще раз. Но если выпадет семь или восемь, то разумно будет перекинуть кости и избавиться от неуверенности относительно правильного ответа. Ученые изящно продемонстрировали роль уверенности в принятии решений о поиске новой информации. Участникам эксперимента предложили принять несколько непростых решений относительно цвета фигур на экране компьютера. Расположив фигуры определенным образом, исследователи смогли создать условия, в которых люди чувствовалисебя менее уверенно при выполнении задания, но при этом справлялись с ним не хуже. Такой дизайн эксперимента замечательно изолирует влияние чувства неопределенности на наши решения. Когда участников спрашивали, хотят ли они взглянуть на информацию еще раз, они соглашались только в том случае, если ощущали себя менее уверенно. Как и в экспериментах с младенцами, участники полагались на внутреннее чувство неуверенности или уверенности, чтобы решить, требуется ли им помощь^[33].

Способность отслеживать неопределенность имеет фундаментальное значение для нашего восприятия мира. Поскольку окружающая нас среда организована крайне сложно, а органы чувств способны посылать в мозг лишь расплывчатую картинку реальности, нам приходится выдвигать предположения насчет действительного положения дел в мире. Действенный подход к решению обратных задач состоит в комбинировании различных источников информации в соответствии с их надежностью или неопределенностью. Многие аспекты этого решения согласуются с математической теоремой Байеса, хотя нейробиологи активно спорят о том, как и насколько мозг следует этой формуле^[34].

Независимо от того, как именно это происходит, мы можем быть вполне уверены, что работа мозга основана на вычислении неопределенности. Если бы мы не могли осмыслить неопределенность, то воспринимали бы мир одним-единственным способом (если бы вообще воспринимали). К тому же таким образом мы закладываем первый кирпичик метапознания – способность сомневаться в том, что говорят нам органы чувств. Самой по себе способности вычислять неопределенность недостаточно для полноценного самосознания. Но, вероятно, ее хватает для рудиментарных форм метапознания, которые были обнаружены у животных и младенцев. Демонстрация животными начальных признаков метакогнитивной способности размывает четкую грань, которую Набоков проводил между людьми и другими видами.

В предыдущей главе мы узнали, как системы восприятия мозга получают информацию от органов чувств и решают обратные задачи, выстраивая модель мира. Еще мы узнали, что способность кодировать и отслеживать различные источники неопределенности, содержащиеся в том, что мы видим и слышим, чрезвычайно важна для нашего восприятия, а также что ее можно использовать, чтобы сомневаться в самих себе. Следующий этап нашего путешествия по алгоритмам самомониторинга начнется с противоположного края системы – с контроля наших действий.