Онлайн книга «Постановка взгляда. Михаил Угаров о театре, в котором не играют. Лекции, семинары, интервью»
|
Угаров: А с шефом? Боровик: Есть. Угаров: Есть. Понимаете, да? Довольно стройная получается история. Любим Виталика, конфликт с шефом. Теперь вам легче рассказать эту историю? Места действия – поезд два раза, да? Боровик: Ну не поезд. Первый раз самолет, я почему-то думаю. Угаров: Транспортное средство какое-то. Концерт – место действия? Еще есть важные места действия в этой истории? Боровик: Знаете, я думаю… Давайте я расскажу историю, которая у меня получилась. Угаров: Я этого и добиваюсь. Боровик: Когда-то давно… Так получилось, что у меня были романтические отношения с Виталием… И это было совсем в другом городе, и мы туда оба приехали – и потом разъехались, но… Перед тем, как уезжать, он мне, ну собственно, оставил диск своего друга Псоя Короленко. И мне… ну у меня была единственная как бы вещь, которая, как мне казалось, связывала с Виталием, который уехал. Это был, собственно… Эта музыка. И приехав в новый город, где я точно знала, Короленко дает концерты, естественно, я сразу… На концерт пойти не получилось. Пришлось на работу устроиться, там жилье себе какое-то найти. Вот. Я устроилась на работу, у меня был очень хороший шеф, которого я боялась. Но… Вдруг так получилось, что… Был такой длинный период, что Псой был долго на гастролях, и не было концертов в городе. А так как я, собственно, журналист, я много езжу. И я каждый раз, возвращаясь в Москву, смотрела все афиши и думала, вот сейчас, может, я вернулась на пару дней может быть смогу сходить, но никогда не получалось. И тут выясняется, что как раз в мой день рождения Псой дает концерт. И я подумала, что самое лучшее, что могло… Я могу наконец-то живьем увидеть человека, которого слушаю уже много лет. И которого я эмоционально связываю с другим человеком, которого знаю лично. Тут мой шеф говорит, что именно в этот день мне нужно улететь в командировку. И никакие аргументы, что у меня день рождения, что у меня еще были планы, что я могу подвести много людей, его это не интересует. Вот он говорит, что ты едешь. И я уезжаю. И не попадаю на концерт. И в этот момент, когда я уезжаю и смотрю в окно поезда, мне кажется, что жизнь закончена. Шабурова: А вы надеялись там Виталика встретить? Или это никак не связано? Боровик: А это уже все, понимаете. Это человек из прошлого, его уже никогда не будет. Янчеглов: А где же здесь кульминация? Разговор с шефом – это кульминация? Боровик: Ну да. То есть я до этого. Я практически уже была на этом концерте, я думала, это уже все – подарок судьбы. А он сказал, что нет. Конечно, был вариант уволиться… Хорева: Непростая ситуация. Боровик: Я концерт перенесла на попозже, на когда-нибудь. Если я сейчас уволюсь, мне вообще придется обратно улететь, и тогда я уже точно ни на какой концерт не попаду. Угаров: Есть еще вопросы к Наде? Латыпова: Почему все так фатально? Это же концерт. Я понимаю, это личные переживания – все очень серьезно и весомо. Но тем не менее он же может еще быть. В Питере, в Улан-Удэ… Ты же можешь туда еще слетать. Как выход из ситуации. Боровик: Понимаешь, Лера, вся фишка в том, что в большой город я приехала из такого места, где понятие концерта – это что-то, о чем знают издалека. Девять часов лететь на самолете и еще восемнадцать часов ехать на поезде. Там маленький поселок, совсем маленький. И там концерты, единственные, которые проходят, – художественная самодеятельность. Причем все перепиваются еще до того, как концерт в клубе начался. Половина поселка разрушена. И у тебя есть что-то, из-за чего ты находишь силы оттуда уехать, потому что уехать сложно. И для тебя концерт Псоя Короленко – твой шаг в будущее светлое. |