Книга Две судьбы. Счастье на осколках надежды, страница 31 – Анна Ковалева

— И я так думаю.

Мы немного помолчали, а потом мама спросила.

— И что дальше, милая? Планируешь ездить на могилу Володи?

— Да, — ответила я. — Думаю, пару раз в год можно будет. На Радоницу и в октябре, на годовщину гибели… Но главное, что теперь я знаю правду, мам.

— Правду знать всегда лучше. Хоть маяться и ждать перестанешь.

— И надеюсь, что и Елизавете Михайловне станет лучше. — я посмотрела в окно и вздохнула. — Хочется, чтобы и у нее, и у Марка всё было хорошо. Они этого заслуживают.

Июнь

Марк и Елизавета Михайловна приехали в Питер в середине июня, как раз в разгар сезона белых ночей.

Я подстроилась под них и выкроила себе мини-отпуск в десять дней. Обещала ведь показать город.

О, я хорошо постаралась, много распланировала: поездку в Кронштадт и Петергоф, интересные экскурсии по Северной столице, культурный поход в театр и посещение достопримечательностей: Исаакиевский собор, Казанский, Спас на Крови, Эрмитаж и многое другое.

На Елизавету Михайловну, кстати, было приятно смотреть. Она была энергичной, много улыбалась и даже помолодела.

Ее плечи распрямились, будто с плеч упал тяжелый груз, а в глазах появился живой блеск. Которого не было в прошлый раз.

Она будто получила импульс жить дальше.

— Да, — тихо шепнул мне на ухо Марк, — это твоя заслуга. — Мама узнала правду и перестала мучиться. Конечно, по Вите она будет скорбеть до конца жизни, но хотя бы не так по-черному. И со временем, надеюсь, сможет отпустить брата. Она мне сказала примерно через неделю после твоего отъезда, что Витя ей снился.

— О боже, и что?

— Сказала, что его душа нашла путь домой и успокоилась. И что он просил ее жить дальше и больше не оплакивать его. Вот мама и воспрянула духом. И я этому безумно рад.

— И я тоже, — кивнула. — И я тоже рада. А тебе Витя не снился?

— Больше нет. И это к лучшему, думаю. Учитывая, какие сны мне снились до этого. Значит, и правда его душа успокоилась. И это хорошо.

— Согласна.

В общем, Елизавета Михайловна бегала по городу еще тем живчиком.

Мы гуляли по узким улочкам Петроградской стороны, по набережным Мойки и Фонтанки, по Дворцовой и Английской набережным, по бульварам и проспектам.

Ну и катались на теплоходах по Неве.

Даже полюбовались разведением мостов, Елизавета Михайловна очень хотела увидеть это вживую.

Сашку по вечерам я оставляла с мамой, но на десятый день Елизавета Михайловна попросила познакомить ее с моим сыном.

— Вы правда этого хотите? — в изумлении посмотрела на нее.

— Очень хочу, Настя. — улыбнулась она. — Так что если ты не против, мы с Марком могли бы прийти к вам в гости.

— А давайте завтра вечером. Где-то к семи часам. Я и ужин приготовлю, и Саню пораньше из садика заберу.

— Спасибо, Настенька. Мы обязательно придем.

И они действительно приехали на следующий день, аккурат к семи часам.

— Ой, спасибо большое, — я растерянно приняла из рук Марка огромный букет белых роз. — Но не стоило.

— Ну а как приходить в гости с пустыми руками? — подмигнул мне и продемонстрировал пакет из детского магазина. — Это же неприлично.

Я охнула, увидев, что было в пакете. Марк явно не поскупился.

— Боже, Сашка давно хотел этого робота. Думала ему на день рождения подарить. Теперь его от этой игрушки за уши не оттащишь.

— Что ж, будет у парня еще один праздник, — Ларионов пожал плечами. — Разве это плохо? Пусть радуется, пока мелкий. Потом с этим сложнее будет. Сама ведь понимаешь, что может выкинуть жизнь.