Книга Обнулённый 6, страница 18 – Макс Гато, Виктор Рэн

Голос я узнал раньше лица. В голове всплыли шахта на границе Анклава и Шторрена, которую мы не просто взяли, но и защитили от разведки Красса. И там же нам встретился человек с ребёнком в одной руке и мечом в другой. И демоница. Ведь их ребенок был смешанной крови.

Я снял ладонь с рукояти и заодно получил ответ на вопрос, который не задавал всю осень: вот к кому Векс ходила за стену.

— Я шёл трое суток, — опустил руки Конрад. — Огня не разводил, потому что дым здесь видно далеко, и не угадаешь, кто первым придёт на него посмотреть.

— Вы ушли с шахты по осени, и больше я о вас ничего не слышал, — сказал я. — Вижу, у вас получилось добраться до Спорных земель. И не просто добраться, а еще и закрепиться в них.

— Ну, про закрепиться мы еще дойдем… А так да, дошли все до одного, и я до сих пор не понимаю, как. — Конрад растер руки и попрыгал на месте, разгоняя кровь. — В Спорных землях на нас нападали дважды, и дважды мы отбились. А потом нашлись и такие, кто не отказал нам в торговле. До недавних пор.

— Как там Тарра и как ваш ребенок? — спросил я.

— Мальчик жив, и это главное, — У Конрада чуть дрогнул голос. — А Тарра… Тарра это Тарра.

Векс коротко усмехнулась. Мне этого объяснения тоже хватило целиком.

— Но в этот раз я здесь по другому делу, — продолжил Конрад.

Он помолчал, собираясь с мыслями. Откашлялся. И заговорил.

— Нас было одиннадцать после шахты, если ты помнишь. А недавно… недавно стало десять. Ассар ушёл за хворостом и не вернулся. Он сел и замёрз, и никто его не тронул. В этом вся беда: винить там некого, кроме холода, —

Конрад тяжело выдохнул.

— Тарра просить не станет, — продолжил Конрад. — И зла я на неё за это не держу, потому что знаю, с кем живу. Всю осень я слышал от неё одно: мы отплатим, когда будет возможность, а с протянутой рукой не пойдём. Я уговаривал её до самого снега. Но сейчас… упрямства нам хватало до поры. Больше я никого терять не намерен.

Я не ответил Конраду сразу. Ситуация в Косинце была слишком тяжелой и без лишнего десятка ртов.

— Ответь мне на один вопрос, — сказал я. — Вы ходили по Спорным землям всю зиму и видели больше, чем любой человек в Косинце. Пленных вы там не встречали? Людей, которых держат силой.

Конрад нахмурился и честно подумал, прежде чем ответить.

— Не встречали. Ни загонов, ни кострищ, вокруг которых топчется больше народу, чем потом уходит. А должны были?

— Не знаю, — ответил я. — Потому и спрашиваю.

Пустых домов в Косинце уже не было. Еды и тепла на всех хватит едва ли. А в округе… в округе было только три дома, два из которых сгорели.

— Есть место, — сказал я наконец. — Выселок, в половине дня отсюда. С первым снегом туда пришли хаку и вырезали все три двора со всеми, кто в них зимовал, и с тех пор там никто не живёт. Один дом уцелел целиком. Но наши патрули доходят туда не каждую седмицу, и обещать тебе, что хаку не вернутся, я не стану.

Конрад усмехнулся одной половиной лица, второй он пока, похоже, не мог из-за мороза.

— Нам нужны стены и крыша, которая держит тепло. Хаку я видел и ближе, чем в половине дня пути, — проговорил он, слегка постукивая зубами. — Спасибо тебе. Мы в очередной раз у тебя в долгу.

Конрад подошел ближе и протянул мне руку. Я ее пожал.

— Мне нужно несколько дней, чтобы всех собрать, — сказал он.