Книга Обнулённый 6, страница 11 – Макс Гато, Виктор Рэн

Ульрих выбрал себе двоих молодых ребят, как и обещал, и гонял их так, что на вторую седмицу один из них пришёл к Бенджи и попросился обратно на стену. Ульрих его не отпустил, а Бенджи не стал спорить со стариком. Вылазки за овраг начали приносить какую-то выгоду только в последние две седмицы, когда оба парня наконец хотя бы немного подучились. Как источник денег это было слабо, и Ульрих сам это признавал.

Хаген брал трофеи с любого вида охоты, а после моего напоминания о том, что о его связи с Братством никто не забыл, часть пушнины на юг пошла вне долга. А вместе с ней трофеи из Спорных земель, за которые в Посту давали отдельно. Запасы лесного ряда постепенно наполнялись нашими товарами.

Письмо Беатрис Красс ушло с первым же спокойным днем. Лилиана отправила птицу, но ответа так и не получила. Ни отказа, ни согласия, ни даже подтверждения, что письмо дошло до Талвега. Лилиана об этом не заговаривала, и за полторы луны не спросила ни разу, не привезли ли новостей с юга.

Про продажу земли Компании больше не вспоминал никто. И хотя первое время казалось, что финансовые дела Косинца если не выравниваются, то хотя бы больше не плавают на дне, нас настигла новая беда: люди. Беженцы потянулись с запада, и пока дороги совсем не завалило, их успело дойти чуть меньше тридцати.

В любой другой миг Лилиана радовалась бы пополнению. Но не зимой. И все же, несмотря ни на что, мы им в приюте не отказали. Посёлок на сорок душ вырос почти вдвое. Их расселили по свободным домам, где-то подселили к хозяевам, самых последних устроили в сарае у господского дома и в кузне, которая стояла без дела. Спали люди зачастую вповалку, на соломе, по нескольку человек в комнате.

Хотя сам Косинец худо-бедно справлялся с холодом, во многом благодаря запасам, что в наше отсутствие сделал Ульрих, того же нельзя было сказать о беженцах. Двое умерли от холода в первую же седмицу, промерзнув насквозь ещё на подходе к Косинцу: их внесли в ворота живыми, но, несмотря на помощь Лазаря и Айрис, они не выкарабкались. И хотя Айрис успела обрести почти святой статус в Косинце благодаря своему огню, ставшему из смертоносного оружия для многих спасением, спасти выходило не всех.

Трое детей умерли от горячки в середине зимы. Лазарь сидел с ними четыре ночи, Айрис грела им воду и топила комнаты. Но это все равно не помогло.

Еды хватало с трудом. Лилиана говорила на совете, что до весны провианта хватит на тех, кто есть. Теперь людей было в полтора-два раза больше. Паёк урезали дважды, и к весне его придётся урезать ещё раз.

Ульрих поставил беженцев на работы в первый же день. Кто мог — на стену, других на дрова, на расчистку снега. Людей отправили помогать на кухне, на починке и на других мелких работах. Работа нашлась всем, включая стариков и детей постарше, и дело подействовало на людей лучше, чем что-либо еще.

Я успел поучаствовать во всем. По утрам я колол дрова, потом расчищал снег, после полудня проводил легкие тренировки для тех из молодых, кто хотел немного подвигаться, чтобы не замерзнуть. А к ночи обходил стены. И это не считая регулярные патрули за пределы Косинца в качестве командира, как мы и договаривались с Лилианой. И во время отдыха, а он все же у меня был, я читал материалы книг из Кримвальда, до которых наконец дошли руки.