Онлайн книга «Психикон»
|
— Если бы ты сейчас сделал шаг вперед, то остался бы навсегда прикованным к постели инвалидом. — И ты молчала?! – заорал я вслух. – Совсем спятила, да?! Экстремистка! — Я не могу подсказывать в таких ситуациях, – ответила она. – Но я счастлива от твоего выбора! Чувствуешь? По моему телу пробежала волна блаженства, дыхание перехватило от сладкой истомы и наслаждения, словно душа нырнула в райскую реку и выбралась на пляж из драгоценных камней под лучами божественного света. Я зажмурился, не в силах ответить. Из оцепенения меня вырвала жесткая хватка за голенище сапога. Я не сразу узнал голос Кирилла – хриплый и запыхавшийся: — Стой… нельзя… сердце… Психолог распластался на парящих ступенях, словно долго бежал за мной, в последний момент споткнулся, но успел схватить за ногу. * * * Кристина сидела в парке при больничном санатории, где жили ее с Аркадием родители. После долгого разговора она уединилась под деревьями вместе с фляжкой, обклеенной глянцевыми наклейками. Жив ли еще брат? С каменным лицом, лишенным косметики, она порылась в сумочке и достала смартфон. Экран светился, показывая, что Кира пытается дозвониться прямо сейчас. Еще один вызов вдобавок к десяткам пропущенных. Кристина отложила телефон, глотнула коньяка и уставилась в зеленую листву. Хотелось вспомнить что-то приятное, но хорошие воспоминания на контрасте с тем, что происходило сейчас, причиняли боль. Безо всякого предварительного решения она как ни в чем не бывало ответила на звонок: — Алло? — Ну наконец-то! – воскликнул Кирилл. — Как там Аркадий? — Секундочку, сейчас поставлю на громкую связь! – сказал он и добавил в сторону: – Выкрути громкость на максимум, пожалуйста. В динамике раздалось шуршание, а потом Кристина услышала знакомый голос. Аркадий говорил сквозь сильные помехи, скорость речи то снижалась, то ускорялась, и некоторые фрагменты слов терялись, словно сигнал много раз перекодировался с существенными потерями. Однако это был его голос с узнаваемыми интонациями. — Привет, Бутер-с-сыром! – назвал он ее подростковым прозвищем. — Таракан… – ответила Кристина ему в тон, но продолжить не смогла – горло перехватило. — Мне доложили, что ты там вся перебздела за меня! Ты это дело брось, у меня все отлично. — Ты… выздоровел? — Я в коме, но тут такое творится, что и не снилось вашим мудрецам! И перестань дуться на Кирюху – я жив благодаря ему. Он вообще нормальный парень. Да, нудный, да, очкарик, да не любит игры, но где-то глубоко внутри он человек неплохой. Ну, плюс-минус. Кроме того, кто как не психолог сможет терпеть твои закидоны. Окей? — Окей… – отозвалась она как сомнамбула. Сейчас она согласилась бы со всем. — Я дал разрешение на все проводимые операции. И – зацени этот факт – лично приглашаю тебя и всяких ученых мужей на трансляцию моей финальной битвы прямиком из Психикона! Так что приезжай в институт, Кира тебе скажет, что и когда. — Ты бы еще стрим запустил! – воскликнула Кристина. — А вот этого нельзя, – ответил Аркадий. – Я могу погибнуть, а это в прямом эфире делать запрещено. Противоречит правилам сообщества, знаешь ли! Того нельзя, этого нельзя… * * * — Я им покажу франкенштейнов! – постоянно повторял Роджер, потирая руки. Иногда в фразу затесывались матерные междометия. |