Книга След Бремера, страница 52 – Валерий Муллагалеев

— Встречайте! – раздался из-за кулис мягкий медовый голос Патриса. – Заезжий денди с подругой демимондой!

Ассистенты потянули веревки, кулисы разошлись в стороны. На Яму с Фифи уставились зрители, Яма уставился в ответ. Зал дружно охнул, загремели частые и громкие аплодисменты, как внезапный град. Мэтр Патрис поклонился так, что кудри упали на лицо, и мельком посмотрел на новоявленных модников. От него не укрылось, что вопреки сценарию они не улыбаются, а Фифи и вовсе превратилась в деревянный манекен.

— Посмотрите внимательно! Узнаете того юношу из деревни, пришедшего к нам в рваном плаще и с железной палкой для убивания быков? Я вижу только светского льва, поражающего своим изысканным и утонченным внешним видом. Но давайте пропустим даму вперед и расскажем о ее наряде.

Мэтр попросил "прекрасную Юджени" подняться и выйти на переднюю сцену. Она выполнила дефиле и натянуто улыбнулась.

— Эта пара как будто приехала к нам из Бовангры провести летний отпуск в кругу провинциальных родственников. Выдался погожий день, и они рука об руку вышли на прогулку. Милая, раскрой зонтик… Взгляните на парасоль – прекрасный зонтик от солнца, легкий как пушинка, с волнистой бахромой. Благодаря парасолю мы можем не бояться лишнего загара и надеть это открытое платье прогулочного фасона. Нет нужды в кринолинах и корсетах – мы не на бал собрались! – для подчеркивания фигуры достаточно приталенного фасона. Шейка и ключицы открыты, от солнышка мы защищены. Рукава укорочены ровно настолько, чтобы надеть эти нежные кружевные перчатки, в которых особенно видно изящество рук и пальцев, сжимающих зонтик. В другой руке мы видим легкую сумочку-ретикюль, где каждая дама носит свои секретики. В качестве дани классике я осмелился добавить головной убор – невесомый, как паутинка, шелковый капор. На самом деле он поддерживает прическу, скрывая направляющие заколки, чтобы лицо обрамляли рыжие кудри. Видите, личико выглядывает из капора, как из лепестков цветочка! Легкий дневной макияж, румяны, а помада… – Патрис осекся и переключил внимание. – Туфли из белой кожи, на высоком каблуке, чтобы соответствовать росту кавалера. Напоминаю, что все увиденные костюмы вы можете заказать в нашем ателье. С девушкой мы закончили. Ваше мнение?

Публика захлопала, мужчины улюлюкали и выкрикивали такие слова, которых в луарском лексиконе Ямы не было. Он взял чашку с уже остывшей водой и промочил пересохшее от волнения горло – теперь мэтр звал на сцену его. Без железного посоха, ставшего уже привычным атрибутом, было не по себе. Вместо посоха мэтр вручил тросточку из ясеня, настолько тонкую, что реши Яма сбить надоедливую муху, то сломал бы об нее трость. На предложение оставить посох Патрис отреагировал внезапной истерикой, закричав, что железная палка погубит весь образ изящного и стильного денди. Яма в поисках поддержки посмотрел на Фифи, но она ответила ему короткими быстрыми кивками, будто подтверждая каждое слово мэтра. Пришлось уступить.

Яма поднялся и прошел по сцене так, как его научили на репетиции, даже улыбнулся своей особенной улыбкой с подвернутыми губами. С лица не пропадало напряжение, как будто мэтр выдал ему туфли на два размера меньше, но нет, вся одежда сидела идеально, нигде не было чересчур туго или свободно. Публика получила возможность посмотреть на его наряд спереди, сбоку и сзади. Сам он, видя свое отражение в зеркалах по бокам сцены, не узнавал себя – в них выкаблучивался какой-то пижон. Наконец Яма остановился рядом с пухлым коротышкой, тот впился в него восхищенными глазами и приятным медовым голосом начал рассказ.