Книга Волчий клан 2, страница 34 – Валерий Муллагалеев

Еще одна волна злости и агрессии влилась в Ядро. Меня тряхнуло, кожаные ремни на запястьях и щиколотках скрипнули.

— Чего это с ним? — встрепенулся Федот.

— Не боись, малой. Ничего эта псина не сделает. Просто бесится почем зря. Понимает, что скоро ему кабзда, вот и паникует.

Я даже не открыл глаза, услышав их диалог. Легкое возмущение, которое вызывали охранники, я тоже добавил к агрессии к Челищеву. Они ведь тоже продолжение его самого.

Мало. Что еще?

Далее я прошелся мыслями по всем своим приключениям. Вспомнил Небольсина, прихвостня Челищева. Хоть я и не видел, как горела моя родовая усадьба, но перед глазами встала картина пожара и того, как перемазанный сажей Ефим сбивается с ног, таская воду, а соседи смотрят на это и не помогают, потому что Лютиков — проклятый волколак.

Сюда же главред газеты «Северный правдоруб». Клейменые Державой волколаки, среди которых — жертва экспериментов барон Рыков, растерзавший свою семью. Волчья община староверов, которой никто не собирался помогать, мол, дохнут — ну и славно.

Я вошел во вкус, поднимая одну волну злости за другой и швыряя их в образ Челищева, словно штормовое море. Волны были алые, черное небо трещало от молний. Каждый разряд встряхивал мое тело как электрошок.

Я припомнил даже Рюмина, с усмешкой тыкающего в волколака горящей палкой. Спасибо тебе, гребаный садюга!

Вспомнилась и Инесса. А это уже другое. В ход пошла агрессия иного рода — экспансивная, пылающая, но созидательная. Гибкое изящное тело, на которое облизываются окружающее аристократы. Неукротимые огненные волосы, освежающий взгляд голубых глаз-родников — восхищенный и жаждущий. Влажные губы.

Я стискиваю Инессу в объятиях, грубо нагибаю, а она и не против, очень даже за. И вместе с этим я нагибаю всю Державу, весь мир. Нагибаю, чтобы сделать его другим. Лучше. Таким, каким хочу. Каких хочет Ярость.

В ушах гремело рычание Ядра и вопли врагов, этому вторили сладкие стоны Инессы. Звенят придворные трубы, глашатаи выкрикивают на площадях по всей Державе новые законы. Мои законы. Упоительный вой звучит сначала по лесами, а затем везде.

Первый шаг — стать бароном.

И какая преграда стоит на пути к этому? Челищев.

Сила захлестывала меня. Ядро вращалось в груди и пульсировало красными вспышками.

Еще, этого недостаточно!

Я усиленно вспоминал, что еще происходило со мной в этом мире, и тут открыл новый источник.

То, что было до моего появления здесь.

Жирная рожа Коляна, пистолетные выстрелы, оборвавшие мою жизнь. Организаторы собачьих боев, ублюдки… Нет, не то. Здесь маловато злости.

Я.

Я сам, по сути, просравший свою прежнюю жизнь.

Даже погиб я из-за того, что недостаточно управлял собой и по глупости спровоцировал Коляна. И не только это…

Собирался пойти в кинологи после срочки в погранвойсках, но спутался с бандитами, чтобы поднять денег. Хотел этим обеспечить семью, но хер там. Братишка Игорь погиб подростком, подражая мне.

А потом я и собственную семью просрал, гребаный псих.

Я не умел управлять собой. Ярость есть и в том, прежнем мире, просто выглядит иначе.

Я думал, что уйти в глушь и разводить волкособов — это начало новой жизни, прощание со старыми косяками. Просто ушел. Но это было бегство. Потому что на деле я всё бросил, съежился до малых размеров и принял мир таким, какой он есть — без меня.