Книга Волчий клан 3, страница 25 – Валерий Муллагалеев

— Как скажешь, — прошептала она. — Я тебе верю.

Я поцеловал ее и отпустил.

— Кстати, об оторванных головах. Я обещал тебе показать кое-что. Пойдем…

Замок был довольно угрюмый, коридоры тянулись бесконечной каменной кладкой, но идти по ним было приятно. Я поигрывал в пальцах увесистым кольцом с ключами, которое мне до этого торжественно вручил Ефим.

Ах, да. Я шагнул к стене и приложил к ней волчье кольцо-печатку. После возвращения из Бездны я взял за правило оставлять след для волчьей тропы везде, где доводилось побывать. Через полминуты на стене отпечаталась волчья лапа, затлела тусклым желтым светом.

Такая же теперь есть в Вельграде, в Камске, в Пригорье и даже на загородной усадьбе графа Каменского, где мы проводили бал. Волколачьи фокусы — одна нога здесь, другая там.

— Видишь что-нибудь? — спросил я Инессу, показав на стену.

Она тщательно рассмотрела гладкий серый камень, даже провела ладошкой.

— Не-а…

— Замечательно, — улыбнулся я.

Я остановился у тяжелой дубовой двери с полосами металла на заклепках. Повернул ключ в скважине.

— Это будет трофейный зал.

Я пропустил Инессу вперед и затворил за нами дверь. Залом назвать эту комнату было преувеличением, да и трофей был всего один (если не считать присутствие Инессы!).

На одном из каменных столов стояло нечто, прикрытое темным покрывалом. Я сдернул его, и Инесса ахнула.

В квадратном кристалл кварцума, что переливался сиреневым цветом, застыла голова Челищева. Остекленевшие черные глаза распахнуты, рот навсегда застыл в возмущенном вопле.

— Знакомься, — сказал я. — Господин Челищев. Лучшая его часть.

— Здрасте, — сказала Инесса, подыгрывая мне.

В следующую секунду она взвизгнула, потому что Челищев сказал:

— Ба! Баронесса Рюмина! Давно не виделись, ваше сиятельство.

— Он живой⁈ — воскликнула она.

— Частично, — кивнул я.

— Простите мое любопытство, баронесса, а Вавила вас не обесчестил?

Ответил я:

— Мило с твоей стороны поинтересоваться. Сразу видно этикет.

— Любознательность — это все, что у меня есть, — ответил он таким тоном, что фразе явно должно было сопутствовать пожимание плечами.

— Прикончил я его. И Небольсина. И Аверия.

— И меня, — радостно закончил Челищев. — Такими темпами совсем один останешься, Лютиков.

— Волк — санитар леса, — сказал я. — Инесса, этого товарища можешь особо не опасаться, от него остался только умище. Так мы полагаем. Но никому не болтай — теперь это страшная тайна рода Лютиковых.

— Невероятно… — прошептала она. — Это же нонсенс.

— Значит, такую ты мне уготовил участь, волколак? Пылиться на полке, как череп, подпирающий книги? К слову, о книгах. Ты обещал дать мне что-нибудь почитать.

— Извиняй, пока не до того мне.

— Скучно, — сказал он, и вдруг его голос стал вкрадчивым: — Но недавно мою скуку разбавил новый посетитель.

— О чем ты говоришь? — прищурился я.

— Я продолжу, если ты дашь мне книгу.

— Справедливо. Будет тебе книга.

— Когда?

— Сегодня.

— Не хитришь? А то меня нынче легко обвести вокруг пальца, знаешь ли. Я немножко инвалид.

— Я не склонен обманывать.

— И точно. Ты больше склонен убивать. Добро, я скажу. Но если не поставишь сегодня передо мной книгу, то больше я с тобой не разговариваю. И хрен меня заставишь, верно?

— Мы можем провести научный эксперимент и поместить тебя в камин, — задумчиво проговорил я.