Книга Мифы близкого будущего, страница 86 – Джеймс Грэм Баллард

Мотоциклист ударил по стартеру, машина злобно рыкнула, прыгнула вперед, на тротуар, зацепила край табачного киоска, развернулась и оказалась на пути Холлоуэя. Вместо извинения юнец грохнул кулаком по крыше над его головой и с ревом полетел по улице, виляя между проклинающими его пешеходами.

Как и ожидал Холлоуэй, большинство рабочих на производственной линии Олдса ушли пораньше. Тридцать установленных на подвижные тележки машин замерли на месте, а несколько задержавшихся механиков ставили батареи на ночную зарядку.

Олдс сидел в стеклянном офисе, с мрачным видом играя карманными калькуляторами, выстреливавшими фрагменты некоего загадочного диалога. По мере усложнения жизни, и без того обремененной проблемами управления автомастерской, калькуляторов становилось все больше. Разложив их на столе несколькими рядами, он, похоже, пытался выработать общее решение, которое отвечало бы на все вопросы, расположить элементы этого редуктивного разговора, как карты в солитере.

На посетителя Олдс посмотрел так, словно узнавание давалось ему с трудом. Придавленный работой над всеми проектами, которые безжалостно свалил на него Холлоуэй, он выглядел усталым и апатичным.

— Послушай, сейчас ведь только шесть. Почему мы сокращаем вечернюю смену?

Потому что не хватает людей.

— Они все должны быть здесь.

Собрав калькуляторы, как карты, в одну руку, Олдс откинулся на спинку стула.

— Им нужно работать! – сердито бросил Холлоуэй. – Нужно расплачиваться по кредитам!

Немой только пожал равнодушно плечами. Потом выдвинул ящик стола и достал свой старый летный шлем. Похоже, он хотел спросить Холлоуэя о чем-то, но передумал.

Им недостает твоего осознания ценности тяжелого труда.

— Ты что, не понимаешь? – Холлоуэю пришлось сделать над собой усилие, чтобы сдержать нарастающее раздражение. Покружив по офису, он решил сменить тактику. – Послушай, хочу обсудить с тобой кое-что. Знаешь, ты ведь не платишь за аренду гаража. Все это предприятие вообще не приносит муниципальному бюджету никакой пользы. Я предоставил тебе льготы, учитывая всю ту помощь, что ты оказал вначале, но теперь нам стоит подумать о введении какой-то разумной арендной платы и, разумеется, налога.

Изящные пальцы Олдса забегали по калькуляторам, рассылая сообщения, прочесть которые Холлоуэй не мог. И это только добавило раздражения.

— И еще кое-что. Здесь многое зависит от времени – часы работы, тарифы оплаты и так далее. Я вот подумал, что если мы незаметно для всех удлиним час, то люди будут больше работать за ту же плату. Предположим, я распоряжусь сдать все часы – наручные и прочие – для бесплатной проверки, сможешь ли ты настроить их так, чтобы они шли чуточку медленнее?

Холлоуэй выжидающе посмотрел на Олдса: понимает ли он его гениальный план?

— Разумеется, все от этого только выиграют, – добавил он. – Удлиняя продолжительность часа, замедляя или ускоряя все часы, мы получаем сильнейший экономический регулятор, с помощью которого сможем снижать или повышать инфляцию, менять ставки заработной платы и контролировать производительность. Понимаю, что забегаю вперед, но я уже представляю, как центральный радиопередатчик подает сигнал времени на все часы, избавляя людей от необходимости подстраиваться самим.

Холлоуэй ждал ответа, но калькуляторы – такое случилось впервые – молчали, их дисплеи как будто уснули. Олдс же смотрел на него с выражением, которого Холлоуэй никогда прежде не видел. Смотрел так, словно, собрав весь свой интеллект и всю свою рассудительность, впервые оценивал этого юного блондина ясно и трезво.