Онлайн книга «Мифы близкого будущего»
|
…Карандаш выпал из его руки, Франклин проснулся – и обнаружил, что сгорбился над дневником. На полу у ног лежало несколько порванных черновых страниц. Во время двухчасового «выпадения» имела место ожесточенная потасовка: его книги были разбросаны по полу, кто-то опрокинул торшер и оставил на ковре, усыпанном сигаретным пеплом, грязные отпечатки ног. Франклин помассировал ноющие плечи. Кто-то схватил его, пока он сидел без сознания, и попытался встряской привести в чувство, а еще – сорвал часы с его запястья. С неба донесся знакомый шум: ревел двигатель маленького самолета, пролетавшего над ближайшими крышами. Франклин встал, прикрывая глаза от резкого света с балкона. Он смотрел, как самолет кружит над близлежащими улицами, а затем направляется прямо на него. Из пропеллера хлынула струя жидкого света, окутавшая отель платиновым дождем, обжегшая сетчатку и превратившая уличную пыль в крупицы серебра. Самолет прошел мимо него, направляясь на север, в Лас-Вегас, и Франклин заметил, что Слэйд взял на борт пассажира. Блондинка в рваной шубе сидела позади голого пилота, держа его за талию. Ошалевшим мечтательным взглядом смерила она Франклина. Пока кукурузник закладывал свой вираж, Франклин пошел в ванную. Собравшись с силами, он посмотрел на изможденную бородатую фигуру в зеркале, на призрак самого себя. Часть сознания уже мигрировала в мирные плоскости стен ванной комнаты. Что ж, по крайней мере Марион еще жива. Пыталась ли она заступиться, когда Слэйд напал на него? В воздухе будто бы еще витал слабый образ раненой женщины… Вегас был пуст. То тут, то там, удаляясь от отеля на машине, замечал пепельно-серые лица в окнах, на балконах – сгорбившиеся фигуры с укрытыми одеялами ногами. Все стрелки встали, и без наручных часов он уже не мог сказать, сколько времени длился каждый ступор – или когда начнется следующий. Проезжая со средней скоростью десять миль в час, Франклин останавливался каждые пять миль и ждал, пока двигатель остынет. Температурный датчик заменил хронометр – с его помощью он добрался до авиабазы к полудню. В клинике было тихо, на парковке – пусто. Между нарисованными на асфальте линиями разметки успела вырасти сорная трава, довлеющая надо всем атмосфера запустения наводила на мысли о великом роспуске, последовавшем за опрометчивым принятием в Штатах «Закона о психиатрической помощи местному населению»[59]. Франклин ворвался в здание и пошел по опустевшим коридорам. Оборудование его коллег было перевезено в другое место, но когда он открыл дверь в свою лабораторию, то обнаружил все на привычных местах. Кое-что, впрочем, добавилось – перед штативом с камерой для силуэтной съемки лежал поролоновый матрац, у изголовья которого стояла набитая окурками пепельница. Там, где пепел стряхнули прямо на старый деревянный паркет, навек остались черные отметины. Судя по всему, Слэйд направил свои таланты на особый вид искусства – больничное порно. Полученные им снимки были развешаны по стенам – дикие пейзажи, запечатленные на них, напоминали аэрофотоснимки пустыни, сотрясаемой серией мощнейших землетрясений, словно одна геологическая эпоха готовилась уступить место другой. Фьорды и трещины пересекали фотографии от края к краю, и их очертания ужасно напоминали разводы, остававшиеся на кафеле в ванной после того, как Марион принимала душ. Но на эту уже знакомую геометрию наложилась и вторая: агрессивная, обветренная в частых случках с небосводом, брутальная. |